Тишина уверенно и нервно накрывает город. Только одинокий лай собаки нарушает ее гнетущую тяжесть. Хозяева бросили ее вместе со своим домом, убегая на юг страны от ужаса войны. Теперь собака совсем одна и ей страшно, как и мне.

Вертолеты, как назойливые комары, летают день и ночь над головой, безжалостно разрывая небо над городом своими винтами. Вот еще один. По звуку он похож на грузовой. Второй снаряд со свистом разорвался поблизости.  

Соседи с перепуганными глазами молча сидят на лестничной площадке. Голос из радио сказал, что так безопаснее и, не имея другого выбора, они так и делают.

Очередной взрыв прогремел  метрах в ста. Стекла безжизненно посыпались на пол. Кто-то вскрикнул. Слышу топот ног соседей,  бегущих  с верхних этажей в подвал. Голова разрывается от звуков сирен. Кажется, что они никогда не замолчат. Кровь приливает к голове и начинает пульсировать в висках. Радио опять предупреждает нас, пока еще жителей севера, оставаться в подвалах. Похоже, бомбежка сегодня не закончится.

Гудок машины за окном. Рота солдат  что-то внесла в дом. Перепуганными глазами офицер службы тыла окидывает всех нас взглядом - тех, кому некуда было бежать. Он нервно что-то кричит нам. Мы не можем разобрать ни одного слова из его быстрой речи. Наконец-то сирена замолчала. Мы стоим оглохшие от внезапно наступившего молчания,  растерянно провожая взглядами уезжающую машину с солдатами. На пороге дома они оставили одиноко торчащий огромный мешок с продуктами.

За все годы, которые мы вместе прожили в этом доме, только сейчас мы, соседи, по-настоящему познакомились друг с другом. Общие мысли, общие цели и переживания объединили нас, много лет проходящих мимо и не замечающих друг друга в той вчерашней мирной и "счастливой" жизни.

Как ни странно, но именно там, на лестничной площадке нашего полуразрушенного дома, мы поняли, как просто, казалось бы, разных людей сложить в одно целое, чтобы выжить. Мы вместе ели и пили, делились мыслями и чувствами друг с другом, словно, знали друг друга вечно.

Неужели для того, чтобы мы стали ближе друг к другу, нужно было испытать это безумие и страх? Неужели для того, чтобы мы стали понимать и ценить друг друга, нужна война? Так что же нам мешало до этого страшного события вот также сесть рядом, пить, есть, говорить друг с другом? Все человечество - это одна семья. Всех нас природа призывает к пониманию, уважению и любви друг к другу. Для того чтобы это понять, не нужна война глобального масштаба. Или все-таки нужна?

Но какая это будет война, если ее цели - привести все человечество к пониманию важности любви к ближнему? Возможно, это должна быть страшная ядерная тотальная война, которая втянет все человечество в безумие и хаос, смерть и уничтожение. Разве это выход? Разве этого требует от нас природа?

Книга бытия любого человека состоит из вступления - рождения и четырех глав: детства, юности, зрелости, старости. В моей же книге нет главы "Старость". Вместо нее - отчаяние. Она стоит непосредственно перед некрологом, однако именно с него и хочу начать.

"Я пришел ниоткуда и в никуда уношусь, я не пошел по стопам родителей и предков, но и мои дети и внуки не пошли моим следом. Ведь что я сделал такого в жизни, чтобы подхватили наследники мои? Но главное - горестное ощущение своей одноразовости, потому как никогда не узнал, что было до моего рождения и что со мной будет после смерти. Потому и ушедшее имя мое ничего не значит даже для тех, кто еще здесь и, разумеется, кто придет позже. Оттого, что мне не было никакого дела до мира, до того, что происходит в нем ежесекундно в течение тысячелетий. Никакого дела... Потому что считал, как все: на мой короткий век хватит, все равно не переживу содеянное мной и потому позора и срама иметь не буду. Никто к ответу не призовет. Не до того всем, потому что делают то же, что и я. У каждого свой Титаник''.

Разумеется, родственники добавят, что я был замечательным человеком, ведь принято, что о мертвых или хорошо, или ничего. Они полагают, что лишь отъявленные мерзавцы не удостаиваются некролога или "на братских могилах не ставят крестов и вдовы на них не рыдают".

Я пишу эти строки еще до предвкушения спокойствия смерти, из той части книги моей жизни, которую назвал ""отчаяние". Здесь я суммирую свой жизненный путь "от первого мгновенья - до последнего". Думаю, это правильно:  писать книгу о своей жизни не в середине ее, а в конце. Тогда есть полная и цельная картина происшедшего с  тобой, и такая книга будет считаться объективной. Зачем жил? Может быть для того, чтобы написать это, чтобы прочитали и подумали, как не надо жить?

Итак, все началось с детства. Именно с него за меня взялись, как следует. Все воспитательные и образовательные системы знают, что правильно. И втискивают в меня это "правильное". Я корчусь, вопию внутри, но бессилен что-либо сделать. Я ребенок, столь беспомощен и нежен, чист, как лист бумаги, - пиши на мне, что захочется. Этим как раз и занимаются системы. Ну, а Васька слушает, да ест, что ему говорят есть! К тому моменту, пока ребенок окрепнет, его уже парализуют, отравят ценностями, которыми гордится общество. Навязывают представление о том, кем ребенок должен стать. И вот он уже видит мир вокруг себя так, как хотят этого специалисты по рекламе.

Вот и пришло совершеннолетие - начало осознанного и критического отношения к ценностям и законам общества. Но, скажите на милость, что я всерьез могу осуждать в обществе, модель и достоинства которого внедрили в меня с детства? Ну, побунтовал немного, - так, покусал власть под одеялом, поднял бурю в стакане воды... Что бы вы хотели, чтобы я был самостоятелен в той поре своей жизни, которую они мне тщательно сформировали?

К моменту окончания университета я полностью потерял свою невинность. Теперь я - первоклассное эго, увенчанное знаками своих достижений в учебе, как стать знаменитым и успешным в глазах всего мира. У этого эго имеются все желания, амбиции, оно стремится быть лучшим во всем. Так заканчивается юность и плавно перетекает в зрелость.

Ведь мир со всеми его недостатками таков из-за неверного воспитания и образования, ставящих во главу угла амбиции, которые непременно порождают проблемы на земле. Культ зависти к успеху других - вот аксиома, основа процветания всего общества. Однако принцип постоянного равнения на других приносит страдания, - ведь невозможно иметь все.  Кто-то более красив - это больно; у кого-то больше денег - то же самое; кто-то более эрудирован - это тоже мучительно. Миллионы вещей причиняют страдания, - не сами вещи, конечно. Они становятся источником страданий из-за твоего эго.

Тебе дают в обществе определенные образы для подражания и, если ты не вцепишься в них, то чувствуешь себя крайне виновным, грешником. Восхваляется только твое будущее, - конечно, ты должен стать кем-то почитаемым, влиятельным, состоятельным, прославленным в той или иной сфере. Тебе объясняют. и ты согласен: ты не можешь остаться никем. Вот он, звездный час твоего ума: делай все, чтобы стать могущественным, влиятельным, респектабельным, известным!

Погоня за успехом делает тебя все более напряженным, зажатым, не дает ни секунды покоя, доводит до безумия. Вся жизнь, проведенная в гонке за деньгами, властью, престижем и тому подобными вещами есть не что иное, как погоня за новыми подпорками, костылями для иллюзии. Будто ты можешь получить все, станешь счастливым, стоит только захотеть. Но ты все это время знаешь, что грядет конец. Что бы ты ни достиг, смерть все равно это разрушит. Однако упорно лелеешь тщетную надежду: может она запоздает, и я задержусь здесь, чтобы глотнуть чуть более удовольствий. Однако никто не становится исключением. Смерть приходит и разносит вдребезги всю иллюзию твоего имени, твоей славы. Она попросту сравнивает все с землей, даже следов не остается. Все, чтобы мы ни делали в жизни, превращается лишь в надпись на воде - даже не на песке - на воде.

Не раз слышал суждения о том, будто каждый человек хотя бы раз в жизни задает себе вопросы о смысле жизни. Не знаю. Большинство живет, не философствуя особенно. Ни к чему это. Эти вопросы только отвлекают от нормальной человеческой жизни, смысл которой понятен любому: родился, учился, работал, семья, дети, умер. Простой, почти технологический процесс. И зачем бередить себе душу, пытаясь найти смысл жизни и углубляясь при этом куда-то далеко в поисках истинной причины всего сущего?

Стоп! Да я тут о душе заговорил! Хм... К чему это? "В моей душе огонь угас», "болит душа…". Может быть, душа означает некий Рубикон в жизни, маяк, показывающий направление, когда все остальные ориентиры исчезли под пеленой тумана? Не знаю, но что-то внутри затрепетало, словно бабочка крыльями... Разве, говоря о душе, мы понимаем, осознаем смысл, значение этого слова? Хотя допускаем саму возможность ее существования. Откуда в нас этот страх поставить перед собой самые важные вопросы: "Кто я? Зачем я? Чего хочу? Что останется после меня?" - оттого, что нам никто эти вещи не рекламировал, ведь их нет в пресловутой обойме ценностей общества. А спросить самих себя мы боимся...

И еще потому, что ответы не сделают тебя счастливым. Они поставят перед выбором: меняться, т.е. искать пресловутый смысл жизни, где только возможно, либо продолжать жить обычной жизнью и ждать смерти. Кстати, второй вариант вовсе не так плох, - в конце концов можно успокоить себя мыслью о том, что "так живут все" и твои изменения ничего не вызовут и никому не нужны. Кроме тебя самого. А белой вороной становиться не хочется. Все. На этом самопознание заканчивается. Необходимость задавать вопросы отпадает. Душа по-прежнему болит, но мы эту боль стараемся не замечать, и убегаем от вопросов в суету обыкновенных жизненных радостей, и, конечно, очень важных проблем. Некоторые, кто живет душой, переживают свою непохожесть на нормальных людей, как вину и недостаток. Это неверно, - на самом деле это их огромное достоинство!

Мне говорят: "Послушай, занимайся лучше своими делами. Ходи в кино и пей вино. Или кефир, если вино уже нельзя. А если вдруг однажды в голову придут мысли о душе, - сразу гони их в шею! И не подпускай к себе людей, живущих душой! Они могут зародить в тебе сомнения и заставить задавать самому себе все эти ненужные вопросы. И тогда – конец!"

Или начало новой жизни? И ведь верно, без знания этого нет сил жить... У человека есть нечто большее, чем кусок мяса, отличное от него. И это большее способно и стремится к прогрессу. Если мне нечем наполнить свою душу, я ощущаю постоянную неудовлетворенность, чувствую себя находящимся на грани отчаяния. Я вижу свою жизнь как цепь несчастий, перестаю получать удовлетворение от всей этой суеты, когда нужно работать, учиться, делать все, что делают все.

Проблема в том, что я не являлся тем, кем должен быть! Но я не знал - кем? Отсутствие в жизни ясной цели, идеала создает напряжение, беспокойство, мучения. Конечно, в жизни своей находил я много идеалов, подражал им, но все они уходили бесследно, потому что росли во мне новые требования. И идеалы менялись. А настоящего идеала, т.е. цели моей жизни, нет вокруг меня. Ну, нет.

Такое состояние нездоровья сковывало меня всю жизнь. И тогда я пришел в отчаяние. Поэтому опускаю главу "Старость" моей книги. Ничего интересного. Чем хочу с вами поделиться в последней этой главе, -так это отчаянием от понимания того, что был куклой в руках кукловода, что называется эгоизм, и он вертел меня, как хотел. И нет уже времени делать что-либо, да и никто не знает, что именно и как от него избавиться.

В тот день, когда у меня возникло желание узнать, кто я есть, нужно было отбросить все, что мне внушали. Не пренебречь, ведь это все-таки развило меня до точки переворота, но перестать использовать. Эго привело к такой ступени роста, когда оно уже мешает, препятствует, задерживает. Нечто новое возникло изнутри и требует выхода. Я уже не успеваю. Говорят, что существует реинкарнация душ. Это как раз то, что мне нужно. Вот вернусь и заживу правильно. Буду искать место, где знают этот идеал, эту цель.

Хорошо, что жизнь дается только один раз, еще раз я бы такую не вынес! Мы - эгоистическое, драматическое, абсолютно зависимое, несчастное поколение. Хочется верить, что следующее будет другим.

В своем же родном городе они хотели достойно жить, не перебиваясь от получки до получки. Еще они хотели, чтобы были чистые улицы и чистый воздух и чтобы на тротуарах не было оставленных, по чьей-то безалаберности, открытых канализационных люков, куда можно было бы провалиться на плохо освещенных улицах и сломать ноги или, не дай бог, голову.

Дни шли за днями, и жизнь в этом городе текла по  проторенной колее. Городские власти худо-бедно поддерживали чистоту и вывозили мусор, городские инспекторы штрафовали за неправильную парковку, социальные службы занимались проблемными  семьями, наркоманами и матерями-одиночками, которых, как и в любом другом городе, хватало в городе N .

И вдруг все пришло в движение. Казалось, что город проснулся от зимней спячки и загудел, как потревоженный непрошенным вторжением пчелиный улей.

Что же случилось?  Ничего из ряда вон выходящего, просто была назначена  дата выборов в городской муниципалитет.

В городе N среди других-прочих обывателей жили три человека. Для простоты изложения назовем их А, В и С.

А был главой города и завершал уже третью каденцию на своем посту. Будучи уже, мягко выражаясь, довольно немолодым человеком, уходить на покой он, тем не менее, не собирался и выставил свою кандидатуру на переизбрание.

В много лет успешно руководил одной экономической фирмой и решил попробовать свои силы  на новой должности мэра города.  

С, амбициозный молодой человек, уже несколько лет занимавшийся частной адвокатской практикой, тоже пожелал войти во власть  и, выставив свою кандидатуру, бросил вызов двум другим, более умудренным опытом  прожитых лет, кандидатам.

И началось! Каждый кандидат открыл штаб своих сторонников и начал поливать грязью других претендентов.

Из местной газеты и городского интернет-форума каждый день ошарашенные жители города узнавали все новые и новые пикантные подробности о кандидатах в мэры.

Про А злопыхатели писали, что он, наверняка,  берет взятки, раздавая хлебные места своим приближенным и родственникам, что его сын гомик, левый анархист и пацифист, уклоняющийся от службы в армии, а любовница его отдыхала в Италии на разворованные из городской казны  деньги.

О В ходили слухи, что, еще будучи в 7-ом классе, он выращивал коноплю на балконе и подглядывал за девочками в городской бане. Как же можно доверить руководство города такому?!

Про С говорили, что он как-то связан со скинхедами и правыми националистами, а пост мэра нужен ему как трамплин в большую политику.

Дошло до того, что незадолго до выборов кто-то расклеил по всему городу плакаты, в которых сообщалось, что А перенес на днях сердечный приступ и по состоянию здоровья снимает свою кандидатуру.

Впрочем, скоро выяснилось, что А здоров, как никогда, и полон решимости бороться за место под солнцем до  победного конца.

Атмосфера в городе накалялась с каждым днем. Поскольку город был небольшим, и все старожилы практически знали друг друга, это только добавляло масла в огонь предвыборных страстей и взаимных обвинений.

Волей-неволей все жители оказались втянутыми в эту грязную предвыборную войну и разделились на три враждующих между собой  лагеря.

Поскольку, по общему мнению, наименьшие шансы на избрание были у С, самый черный пиар был организован против  А и В. В итоге, победил… С, так как он и его сторонники были меньше других  измазаны в этой  нечистоплотной предвыборной гонке.

Наверное, каждый в своем городе найдет много общего с тем, что  описано в рассказе.

Из истории мы знаем, что в борьбе за власть были пролиты реки крови, сын поднимал руку на отца, а брат - на брата. Самые подлые преступления совершались во имя власти.

Почему же люди так рвутся к власти, желают  властвовать и подавлять  себе во благо волю других людей?

Ответ прост. Стремление к богатству, власти, почету и знаниям так же характерны для каждого человека, живущего в обществе, как и желания, лежащие в основе человеческой природы и присущие также и животным - желания к пище, крову и воспроизведению потомства.

Поскольку человеческий эгоизм постоянно растет, у самых эгоистичных людей желание власти преобладает над стремлением к богатству. Не случайно один умный человек сказал: "Самое главное - иметь не золото, а власть над теми, у кого оно есть".

Но когда человек  эгоистически подавляет и ограничивает волю других людей, в конечном итоге он сам страдает от этого. Лев Толстой писал: "Власть одного человека над другим губит, прежде всего, властвующего".                    

Лучшие умы человечества веками мечтали о светлом будущем без войн и насилия, голода, нищеты и болезней. О будущем, где каждый будет заботиться о каждом  и в выигрыше будут все. А для этого к власти должны прийти люди, которые будут стремиться не к тому, чтобы потуже набить свой карман и использовать себе во благо других людей, а к тому, чтобы  принести своим личным вкладом пользу обществу.

Величайший каббалист 20-го столетия Й. Ашлаг в свой статье "Мир в мире" писал:

 "…Степень ценности каждого из индивидуумов в обществе определяется не тем, насколько он хорош сам по себе, а мерой его служения обществу в целом. И наоборот, мы не оцениваем степень зла каждого индивидуума. Мы оцениваем степень того ущерба, который он наносит обществу в целом, а не меру личного зла его самого". 

Но где же найти таких людей, которые поставят общественные интересы выше своих личных? Поскольку мы живем в глобальном мире, где все зависят друг от друга, очевидно, само общество на новом этапе  своего развития, должно будет выдвинуть из своих рядов новых лидеров с глобальным, а не узкогрупповым мышлением.

Суета мира, кажется, бесконечна. Меня обгоняют, подставляют, кидают. И когда уже покидают силы бороться за лидерство в гонке, то автоматически накладывается статус аутсайдера. И сразу наступает состояние стагнации, под названием "одиночество". Но я не сдаюсь, бросаюсь на рынок стимуляторов энергии, чтобы вернуться в гонку. Что с того, что завтра мой организм рухнет, не выдержав соревнования с химией! Мне нужно место под солнцем сегодня, а завтра у меня будут возможности привести себя в порядок. И вообще думать о завтра не хочется. "Нет, нет, нет, нет, я хочу сегодня, я хочу сейчас!" Но злость, проклятая, ненависть на конкурентов копится изо дня в день, маленькими порциями, таится внутри и делает свое дело.

Иногда все,  не чувствую в себе сил бежать дальше. Хочется остановиться, сойти с дистанции. Наблюдали ли вы крысиные бега? Нет, приведем менее отталкивающий пример, скажем, ипподром. Я сравниваю себя с лошадью, которая стремится к финишу, подстегиваемая всадником, хозяином, имя которого - желание урвать себе жирный кусок от этой жизни. И все лошади и наездники, что вокруг меня, - это мои соперники, которые, хрипя и дико вращая глазами, хотят обогнать меня. Ведь на финише ждет приз - статус лидера общества, почетного его члена. Этот статус автоматически обеспечит меня властью, завистью других, деньгами и уверенностью, что жизнь удалась. Теперь можно перевести дух и оглядеть новые горизонты, что открываются с пьедестала почета.

Да, жизнь - гонка, где всегда есть отстающие, которые непременно обставят меня, если расслаблюсь, и опережающие - те, которых хочу обогнать я. Мы постоянно окружены борцами за место под солнцем. и всегда нужно быть начеку, - противники не дремлют.

А куда все бегут, скачут? За пучком удовольствий, которые кто-то нам рекламирует и этим  манипулирует нашими желаниями. Слоганы кричат: "стань свободным, независимым, богатым!" Смотрят эти кто-то на нас и довольны: "Здорово мы придумали! Продажи увеличиваются!" Вот я и говорю: мечты наши возникают не из пустоты, а прорастают из зерен, брошенных в нас системой, заинтересованной в том, чтобы мы к ней, указанной мечте, стремились.

После финиша или с середины дистанции стайеров, как фрайеров, уносят на носилках. Мы уже не нужны. Но публика смотрит на других, кто еще галопирует и гудит, обсуждает шансы, ставит на них в тотализаторе и ненавидит тех, из-за кого не получила доход.
Я был среди тех, кто на носилках. Реальность для меня уже не существовала, и привиделось мне нечто прекраснейшее. Оно просто материализовалось предо мной и представилось: "Я - золотая рыбка". Я ни на секунду не засомневался, что это так. И понял, что судьба дала мне шанс. Ну!

Золотая рыбка немедленно вступила в переговорный процесс: "Чего тебе надобно, несчастный? За чем носишься, как угорелый?" Я понял, что можно получить от рыбки то, на что убил свою жизнь, иначе, зачем жил? И тут я ей выложил: "Значит, так: хочу райский уголок на каком-нибудь лазурном берегу, роскошный автомобиль, великолепную парусную яхту и самолет. Нет, космический корабль!"
 
Все было выполнено в точности. Но меня уже обуревали новые идеи и новые желания. Так приятно, когда желания исполняются! Это было так здорово, что я притомился. Как-то легко все дается и быстро надоедает. И острое чувство постоянной неудовлетворенности все чаще посещало меня...

И тогда возникло у меня желание встретить того человека, что любил больше всех. Я уже предвкушал, что встречусь с моей любимой женой. И когда на тропинке, ведущей к моему дому, показалась фигура, одетая в джинсы и коричневую куртку, я бросился навстречу! Но нехорошее предчувствие вдруг пробило дружь в моем теле. Я уже понял, кто идет. Это был я сам. "Нет! Не хочу!" Сдавленный крик вырвался из моего горла: "Разве я не оставил тебя там, на дистанции, умирать?"

И услышал я голос этой мерзкой твари, золотой рыбки: "К тебе пришел тот, единственно которого ты любил..." И почему старик не сделал с нее уху, почему оставил жить?
 
Вдруг я понял, чего был лишен там и чего нет у меня здесь. Любви! Не к себе, но к тем, с кем дрался за кусок пирога... Где я мог найти ее в себе? Устыдился я и взмолился, падая на колени: "Не нужен мне берег лазурный и бездушный космос над ним! Все надоело: глупость, ненависть и подлость, хочу в другой мир! Хочу в Новую Жизнь!"

Улыбнулась золотая и промолвила, махнув хвостом: "Я рада речам твоим, страдалец. Могу выполнить и это твое желание, но понимаешь ли ты, что оно не такое, что были у тебя прежде? Те наполняются быстро и также быстро умирают. Помнишь, как в сказке: сначала желала старуха пищи вдоволь, корыто новое, дом. Затем захотелось власти, почестей, славы. Гора ее желаний росла, и она все время старалась быть на ее вершине...  Но вдруг все рухнуло. Почему? Эта сказка учит нас, что если будешь хотеть для себя, скоро все обломится. Разбитое корыто - это символ разбитых желаний, потому что направлены в себя. Отсюда ненависть между людьми, отчуждение, разъединение. Последнее желание - оно другое и способно изменить твою судьбу кардинальным образом. Скажи сначала, зачем тебе Новая Жизнь?"

"Потому что хочу наслаждаться вечно, но не могу!"
 
И сказала мне золотая рыбка: "Что ж, помогу тебе, дам силу, что создаст в тебе новое желание, притянет тебя к Новой Жизни. Эта сила называется свобода в поиске друзей!"

Такой ответ рыбки наполнил вдруг меня восторгом от ощущения правильности сказанного и недоумением одновременно!

"Я пытаюсь помочь людям, которые ищут... Говорится в одной сказке, где речь шла о душе Кащея: "Ключ от ларца - внутри ларца". Понимаешь, до высоких истин надо еще докопаться! Поиск - он в том, чтобы всегда искать в себе! Нет ничего невозможного, есть только трудное! Знай же: только в отдаче другим, любви к ним и прячется вечное наслаждение. Но ты все должен сделать сам".

Сказала и исчезла так же внезапно, как и появилась. А я, потрясенный, остался стоять на коленях, переваривая услышанное: "Ты все должен сделать сам!" Что, с чего начать?

И вдруг понял:. рыбка дала мне свободу в выборе такого для себя окружения, что дало бы мне силу прийти к Новой Жизни. Остальное зависит от меня, моего желания. Значит, мне нужны друзья, на которых бы полностью положился и которые дадут осознание того, что любить себя плохо и которых обязан полюбить я.

Эй, тут есть кто-нибудь?

Итак, ты упал на Самое Дно. Разумеется, ты что-то чувствуешь, делаешь, живешь. Все это так, но наиболее точная характеристика Дна - это пустая страница твоей жизни. У тебя вопросы? Уже? Хорошо, но прежде я дам краткое описание места, где я работаю.  На самом деле это непросто, ведь какими словами можно передать бессмыслие? Как объяснить? Но попытаюсь…
 
На Самом Дне нет такого понятия, как смысл жизни. У нас все выхолощено и мертво. Все, что имело цвет, – выцвело. Все, что имело цену, – обесценилось. Все, что имелось, – потеряно. Это мир небытия, когда однажды все исчезает и остается лишь Дно. Это целый мир, откуда очень трудно уйти по своей воле, но есть и удачные побеги.

Только где взять силы, чтобы сбежать, оторваться от Дна? Где взять цель, чтобы было куда идти? Надежду? Как найти дорогу, увидеть свет, чтобы освещал путь? И где, наконец, найти того, кто бы согласился с тобой бежать? Ты думаешь, почему это - Дно? Да потому что ответ на эти вопросы найти очень трудно! Ха-ха! У тебя еще есть ко мне вопросы? Вот видишь, нет…

Смотри, здесь так хорошо, одиноко. Никто не бодает, не суетится, не рвет от жизни все возможное и невозможное, не отталкивает от кормушки, не ненавидит. Все это было там, наверху. Здесь же нет ничего и нечего терять. В том мире, откуда ты пришел, было ведь все, не так ли? Огромные возможности, великие надежды, наполеоновские мечты. Все! Где это в тебе сейчас? То-то. Ты думаешь, что просто не повезло, не сложилось, дураком был и прочее. Не-е-т, милый.

То, что было, – сплыло, и подумай, почему. Ты потерял цель. И весь этот блеск превратился в нищету. Отсутствие духа. Когда все возможности отняты, одна за другой. Исчез кураж, огонь желаний - и вот результат. Теперь не от чего оттолкнуться, нечего приобрести, уже более нечего терять. Самое Дно.

Ты понял? Однако я не могу не сказать, что у тебя, все же, есть шанс покинуть Дно. Какой? Ох, какой шустрый! Что, уже надоело? Э, батенька, не так скоро! У нас тут строгая иерархия уровней Дна, кругов ада, помнишь Данте? Ладно, не злись, знаю, что он не принадлежал к кругу твоих друзей. Хе-хе…

Слушай внимательно. Тот мир, откуда ты пришел, построен по принципу: ради достижения своих целей ущемить ближнего, навредить ему – хорошо и правильно. Победить любой ценой, уничтожить, принудить, растоптать врага, дать по зубам. Большинство людей там пребывает в состоянии тихого отчаяния, с воодушевлением или по необходимости играя ставшие привычными роли, навязанные им системой общества. Оно старается сформировать человека жадным и безразличным, озабоченным лишь собственным имиджем, т.е. карьерой, шмотками, машинами и т.д. Здесь же все это отсутствует. Хорошо? Как сказать... Ты еще не понял, куда ты провалился.

Уровней Дна всего три. Первый – когда ты чувствуешь абсолютную безысходность, беспомощность распластанного на дыбе человека, нет ничего в твоей власти. Пустота, одним словом, безжизненное состояние, безжизненные мысли. Таким мы предлагаем много: алкоголь, наркотики, идиовидео игры, и т.д. Лежи и наслаждайся! А что, многим нравится! Так они и проводят оставшуюся часть своего бытия, пока не провалятся в ничто. В смерть. Это круг первый. Когда достигают дна и ползают по нему.

Круг второй. Вдруг в тебе может появиться некая точечка, осознание ужаса того, куда ты попал, а также желание что-то сделать, чтобы смыться отсюда. Ты не подумай, ты не на галерах, где бедные рабы, пристегнутые намертво к сидениям, размахивают веслами. Мы очень даже демократичное Дно. Если проснется в тебе осознание плохости своей, то развиваться ему дальше мы мешать не будем. В этом круге самое лучшее - это ждать. Ждать, когда спустишься на третий круг. Почему? Потому что с первых двух сбежать нельзя. Дорога только вниз.

В кругу последнем в тебе "просыпается" некий новый твой начальник, требующий, что ты должен решиться заглянуть в себя! Этот начальник – огромное желание выяснить, что происходит у тебя внутри, ведь хочешь узнать, отчего страдаешь! Нужно взять такой огрОООмный телескоп, который самому не удержать. Что делать? Найти желающих помочь! Чтобы направили трубу прямо в пустоту, что в тебе ширится, увидеть все закоулки ее, обшарить так, чтобы, не дай бог, квасного не завалялось…. Какого квасного? Прости, я увлекся, это тебе не нужно, это из другой истории.

Так вот, все дело в них. В тех, кто протянул бы тебе обе руки, ухватил и так нежно, с любовью, поднял бы тебя над последним кругом, поддержал, подтолкнул наверх. Скажу тебе по секрету, дружище: жизнь без них бессмысленна, бездушна. Но все зависит от тебя: ты обязан захотеть так, как хотят предмет самой большой любви… Прежде всего, тебе нужно понять, чего тебе не хватает. Если той жизни, где ты не преуспел, но хочешь, то нет, не вернешься к ней отсюда. Но если твои желания гораздо выше желаний того мира, тогда у тебя есть шанс. Только товарищи дадут тебе желание уйти и силы это сделать.

Есть философия третьего уровня. Она говорит: имеешь таких друзей - ты живешь. Ты способен на многое, может быть даже на все. Что тебе еще сказать? Лично мне ты нравишься, я вижу: ты способен сделать этот шаг. Вместе с теми, кто будет вытягивать тебя с Самого Дна, осторожно, но настойчиво, преодолевая притяжение Дна, очень даже сильное, скажу я тебе. Ты же должен не просто протянуть им руки, но довериться полностью, отдаться их желанию спасти тебя. Это круговая порука, ведь вы соединяетесь, чтобы попасть в Новый Мир.

Не спрашивай меня о нем, я ничего не знаю, я служу Дну. Я туда не попал, не смог... Говорят, что Новый Мир совершенен, что там не будет конкурентов, ненавидящих тебя, что в новом мире правит закон любви, отдачи. Там не имеет значение ни социальный статус в обществе, ни деньги, ни почет… Это место, где ты полностью становишься самим собой, - нужно это просто узнать и понять самому. Через страдания и круги Дна, ведь не будь его - от чего отталкиваться?

Новый Мир начинается здесь, немедленно после того, как ты обрел связь с товарищами. Сама связь не ради себя, но ради других – это начало Нового Мира. Что будет дальше, я не знаю, ведь остаюсь здесь. Тебе предстоит разобраться и почувствовать Новый Мир. Когда в него придешь, поднимешься, тогда сравнишь оба: тот, где оказался, и тот, где был. Тогда и поймешь их различие.

Итак, ты должен знать, что мы не удерживаем никого и не помогаем уйти. Это все ты, твоя потребность. Если она у тебя есть, ты сможешь это сделать. Так я говорю с упавшими в бессилие, слабость, безразличие, разочарование. Я им говорю, что есть шанс пересилить эти состояния и уйти.

Я хорошо помню, что всеми фибрами души ненавидела основные предметы в музыкальной школе - специальность и сольфеджио, и безумно любила ходить на хор. Из-за того непередаваемого ощущения, которое возникало, когда ты пел вместе со всеми.

Это были редкие минуты, когда все уже распелись, прокашлялись от съеденного перед уроком мороженного или семечек, когда утихли замечания дирижера, и вот, наконец, все настроились на одну волну и поют от начала до конца целую песню. Здесь у каждого - своя роль. Никто не подтрунивает над толстухой Полиной, поющей партию третьего голоса, - без ее трубного контральто у нас не было бы такого полного звучания. Тощенькая, курносая малявка Ирка с одухотворенным видом выводит соло своим звонким дискантом.

Каждый голос имеет свой неповторимый тембр и оттенок. И в то же время, в самые удачные моменты невозможно выделить кого-то одного. Ты сливаешься с этим мощным, прекрасным потоком голосов и уже не слышишь себя, – только что-то внутри вибрирует в унисон голосам и музыке. Тебя словно подхватывают и несут сильные, уверенные руки. И ты уже не можешь сфальшивить или спеть невпопад - ведь эту красоту ты строишь вместе со всеми.

Сколько я ни пыталась спеть то же самое в одиночку, дома, - так, как в хоре, не получалось спеть все равно, в каком бы голосе я ни была. В обычной школе у нас тоже были уроки пения, но там все было иначе - каждый пытался схалтурить: когда самые честные пели, другие просто открывали рот или специально пускали "петуха", и все вынуждены были снова начинать "от печки". Вроде, все было то же - те же песни, тот же концертмейстер у фортепиано, тот же погожий весенний день за окном. Но не было между нами какого-то клея, который слепил бы нас всех в одно и заставил зазвучать стройно и красиво. Все просто отбывали повинность.

В музыкалке у нас была общая цель – в конце года мы выступали на отчетном городском концерте. Мы надевали концертные костюмы, приглашали родителей и одноклассников. Мы не могли спеть плохо для них. И эта общая цель делала, по сути, из нас то, чем мы были, - лучшим детским музыкальным коллективом области. Мы честно работали весь год, получали удовольствие от слаженной работы и от хороших результатов. Удивительно, но репетиции хора, в отличие от других предметов, никто не прогуливал. Для меня это стало примером того, что работа может быть в радость, - когда все делают одно дело.

Прошло время. Мы окончили  школу, стали взрослыми. И вот смотрю я на наше современное общество, и все больше вспоминается мне нелюбимый школьный хор, в котором кто в лес, кто по дрова, - у всех что-то свое на уме. Честные работают, хитрые открывают рот, а общее дело как стояло, так и стоит на месте.

Серия завоевала почетный титул новой мифологии 21 века и гордо вступила в список лучших бестселлеров всех времен и народов.

За что мы его любим?

Юный волшебник в круглых очках, сражающийся с монстрами и колдунами за спасение человеческого рода, не одинок. В последние годы наша тяга к фантазиям набирает силу. Хотя Гарри сегодня непревзойден, ему предшествовали герои известнейших произведений: "Властелин колец", "Матрица", "Звездные войны". Есть и другие примеры, но тенденция уже ясна. Воображаемый мир пленяет массы людей и завоевывает даже те территории человеческого социума, где раньше к нему не проявляли интереса.

Чем гипнотизируют нас эти книги и фильмы? Какую потаенную дверцу они открывают?

Магия искусства

Глубоко внутри нас таится желание раскрыть другой мир, совершенный и свободный. Подсознательно мы тянемся к более глубокому пласту реальности и хотим понять силы, действующие за видимой глазу картиной.

В некоторой степени жанр фэнтези удовлетворяет эти запросы. Приглашая нас в сказочные страны, полные тайн и волшебства, авторы старательно обрисовывают события несбыточной жизни, в которой могучие силы способны чудесным образом изменять ход вещей.

Можно назвать это инфантильностью, но она создает в человеке плодородную почву для самых важных вопросов его жизни. Не раз мы с детской наивностью пытались "заглянуть за горизонт" собственного бытия: кто мы? Откуда и куда идем?

Фильмы о Гарри Поттере предлагают свои немудреные ответы, строящиеся на традиционном понимании борьбы добра и зла. Дети всех возрастов выходят с сеансов завороженными, но будни очень быстро отвоевывают сданные позиции, и с каждым годом чары рассеиваются все быстрее. Выражаясь современным языком, мы живем в мире маглов (что поделаешь, слово muggle уже добавлено в Оксфордский словарь). Не успевает человек подрасти или просто доехать из кино домой, как любые вопросы о глубинном смысле происходящего затухают в нем под лавиной нескончаемых проблем.

Вот и кидает нас из крайности в крайность. Нелегкая проза современности сама толкает людей к поэзии заветной мечты.

Сквозь стену иллюзий

Помните, как на лондонском вокзале Гарри спешит к платформе девять и три четверти? В послании из школы Волшебства сказано, что оттуда он отправится в волшебный мир – нужно лишь пройти сквозь барьер, разделяющий девятую и десятую платформы. Однако знают об этом только посвященные.

Так и в нашем мире человек словно идет вдоль длинной стены, пока не избавится от иллюзий. Когда он вдруг понимает, что все его проблемы исходят от неправильной взаимосвязи с другими, он как будто обретает новое зрение.  Тогда перед ним открывается невидимая доселе дверь, и он переступает порог неведомого.

Тогда невозможное станет возможным, и любовь к ближнему перестанет казаться абстрактной формулой, лишенной практической ценности. Нет, это истина, дошедшая до нас из глубины веков, не заклинание, а сама сила, которая исполняет наши желания, если только они устремлены к совершенству.

И вот мы встретились спустя почти 10 лет… Странно - внутри я не ощущала ничего, кроме  равнодушия и легкой грусти. А ведь это был человек, без которого когда-то я не мыслила жизни и разрыв с которым стал для меня страшным ударом, в один момент перечеркнувшим все - счастье, любовь и вкус к жизни…

Я вглядывалась в его лицо, силясь понять, что именно когда-то вызывало во мне такую бурю чувств - его безупречная внешность, высокая красивая фигура, ум, деньги, несомненное знание женской психологии и умение ухаживать? Но ведь он и сейчас такой же…  Так почему?..  "Ты такой же красивый, как и раньше", - говорю я ему. Говорю, абсолютно не придавая этому значения  и вспоминая совсем  о  другом…

В ту ночь экспресс уносил меня все дальше и дальше. За окном мелькали засыпанные снегом деревья, незнакомые станции, дома…  Менялись названия станций и городов, и все дальше и дальше оставался тот, кого я любила. Я уезжала, - уезжала в другую страну. Утром самолет унесет меня в Израиль.
 
 …В первое время, когда он через общих друзей нашел мой номер телефона,  я еще отвечала на его телефонные звонки, потому что не было сил прервать эту связь совсем. Мне было необходимо слышать его голос, такой знакомый и любимый. Этот голос я различила бы из тысячи. Сколько внутренней силы было нужно, чтобы не показать своих чувств. Ведь назад дороги не было…

Но память иногда возвращала меня в прошлое. В эти моменты я вспоминала его лицо, его голос, его привычки… Все это еще было живо во мне, слишком живо…  Иногда мне хотелось узнать, где он и с кем… В такие минуты ревность застилала глаза,  как ток, разливаясь по всему телу. Но жизнь идет своим чередом, я понимала, что он, естественно, не один и что  разбитого уже не склеить.

Все произошедшее не прошло бесследно. Я все чаще и чаще стала задумываться над тем, что же такое любовь на самом деле. На чем могут быть построены взаимоотношения, чтобы день ото дня они становились лишь крепче, а вспыхивающие иногда ссоры и взаимонепонимание не превратились в разрыв и ненависть?

Может быть, любовь и близость невозможны, если они основаны только на привлекательной внешности, физическом влечении и совпадении вкусов? Возможно, необходимо что-то еще, и любовь начинается там, где заканчиваются мысли о себе? Ведь вполне может быть, что у любви есть вектор - не к себе, а от себя - и все отношения, построенные на принципе "для себя", слишком быстро истощаются?

Вполне возможно, что, изменив свое отношение друг к другу, мы раскроем нечто огромное, бесконечное, - то, чему все под силу? Это чувство даст возможность ощутить другого изнутри как часть себя. Это чувство поможет не бояться проявить в отношении другого тепло и заботу, которые чувствуешь в своем сердце.

Это чувство даст нам возможность не ограничиваться получением приятных  ощущений, на  которых весь наш интерес заканчивается. И еще - такие отношения дадут возможность ощутить то, о чем лично я всегда мечтала: мне не надо будет ничего объяснять, чтобы быть понятой, порой мне не надо будет даже ничего говорить - я знаю, он поймет меня без слов. А я - его. Да и как может быть иначе, если мы стремимся к одному и тому же – любить и быть любимыми!

На следующий день мы едем в Амстердам. Конечно же, улица красных фонарей…
На протяжении всей этой прогулки меня сопровождает любопытство и какое–то внутреннее напряжение, которое, впрочем, довольно скоро сменяется усталостью и пустотой… Ничего особенного! Уж и не знаю, что такого я ожидала здесь увидеть, - наверное, просто искала новых ощущений и хотела понять, что так привлекает сюда мужчин? Неужели здесь можно ощутить тепло, близость, связь?  Нет, наверное, никогда не дано мне понять это непостижимое для меня существо – мужчину.

Впрочем, рассуждать на эту тему мне долго не пришлось, потому что мы поспешили в бар, чтобы выпить знаменитого пива "Хейнекен". Мои попутчицы бурно обменивались впечатлениями  и предположениями о том, как женщина может оказаться по ту сторону улицы красных фонарей. "Ну, не повезло, не нашла "нужного зверя", - сказала одна из них. Остальные засмеялись. Видя мой недоуменный взгляд, она спросила: «Ты что, не слышала этот анекдот?" - "Нет", - ответила я. "Ну, тогда слушай.  У женщины должно быть четыре зверя: ягуар в гараже, песец в шкафу, тигр в постели и козел, который за все за это платит". Смешно…

Полный впечатлений день закончился, мы добираемся до гостиницы и отправляемся спать.

Здравствуй, Франция, здравствуй, новый день!  Мы отправляемся на известный косметический завод, продукция которого развозится по всему миру, позволяя нам внести в нашу жизнь красоту и ощутить себя женщиной. Я упиваюсь разнообразными запахами, восхищаюсь невероятным количеством баночек. Здесь столько всего - ощущение, что я попала в волшебный мир. Здравствуй, Франция, я так люблю твой неповторимый шарм!..

Мы возвращаемся в гостиницу. Все, что занимает нас по дороге, – это вопрос: что бы надеть вечером? Я прихожу в свой номер и начинаю перебирать наряды. В конечном итоге, разозлившись сама на себя, я падаю на кровать – все, к черту, надоело! Я слышу, как стучат в мою дверь, плетусь открывать:– "Ты что, с ума сошла, почему не одета?" - "Слушайте, езжайте без меня", - отвечаю я, мечтая поскорее отделаться от них и закрыть дверь. Оставшись одна, я думаю о том, как я стремилась во Францию, какой заманчивой и прекрасной казалась мне эта поездка…

В  такие минуты я очень часто задумываюсь:  почему все в моей жизни, в конечном итоге, превращается в воспоминания? Жизнь пронеслась у меня перед глазами, как вереница событий - аэропортов, вокзалов, гостиниц, модных вечеринок, кафе и баров, - а также как  вереница любимых лиц и  удивительной нежности,  которая  почему-то по заведомо уже известному сценарию сменяется  равнодушием и отчуждением.

Свои воспоминания я храню глубоко в себе. Иногда, мысленно перебирая их, я как будто дотрагиваюсь до них снова и снова. В моей памяти воспоминания имеют вкус,  запах  и цвет. Редкие, мимолетные минуты счастья, любви, полета… И вот это уже вновь - только воспоминание. Эти вещи повторялись в моей жизни с удивительной периодичностью. И  если задуматься, то, наверное, из всего этого существуют лишь два выхода…  

Можно вновь попытаться убежать туда, где вечное лето, море, тепло таких знакомых и единственных на тот момент в мире рук…  Можно зайти в дорогой бутик и накупить новых нарядов. Можно кутить всю ночь напролет - так, чтобы стереть из своей памяти практически все. Можно забыться на несколько минут, часов или дней. Можно… И все это я делала в своей жизни уже не раз. Только вот стоит ли продолжать это делать, если потом неизбежно наступит рассвет, и я острее, чем когда–либо раньше, почувствую  внутреннюю усталость и пустоту, которая во всей своей непреодолимой мощи вновь встанет передо мной, и мне нечего будет ответить самой себе. Зачем, почему, во имя чего?..

А можно попытаться докопаться до сути. Попытавшись понять, что все мои желания - самые прекрасные и добрые, самые манящие и восторженные - в конечном итоге, сменяют одно другое, оставляя во мне лишь разные привкусы: горечи, страсти, разочарования или гордости, - не в этом суть. Постепенно я начинаю осознавать, что мне никогда не дано сохранить  то чувство остроты, которое ощущается в ожидании осуществления желания и в самом его начале.

Наблюдая за собой, начинаешь видеть, что ты - всего лишь некий сосуд ощущений, довольно примитивный, - тянущийся к наслаждению и бегущий от боли. А если так, - мной очень легко управлять. Взяв за основу эти два фактора, можно безошибочно предсказать, как я поступлю в той или иной ситуации. Мелькнет впереди что-то, манящее меня, и я, предвкушая новые ощущения, побегу вслед за этим чем-то, догоню, почувствую какое-то удовольствие, а через короткое время замечу, что этого уже не достаточно и мне нужно более сильное, более острое ощущение. И так во всем: в еде, сексе, путешествиях, впечатлениях, знаниях.

Так зачем в конечном итоге я бегу, что скрыто за этими многочисленными красивыми обертками? Где источник всего  этого? Кто стоит за этим и играет мной, как марионеткой, бросая меня из одних желаний в другие? Почему, черт побери, почему?! В такой момент мне хочется "взять жизнь за горло", чтобы она ответила мне. И она  непременно ответит, если только у меня будет достаточно сильное желание получить ответ, ведь все раскрывается нам в мере желания к этому раскрытию.

Обсудить на форуме

   Все началось с малого, хотя в тот момент мало господину Н не показалось. И то сказать, штраф за проезд на красный свет в почтовом ящике хоть кому испортит выходные. А главное, обидно: уж господин-то Н ни лихачом, ни разиней не был. И неграмотным - тоже. Разберемся. Где произошло нарушение? Да я в эту часть города сто лет не заезжал! Когда это было? Минуточку! Да я же в офисе был, на совещании! Постой-ка! Номер машины… ну конечно же, не мой! Ну и портачи!

   Душа господина Н разрывалась между облегчением и возмущением. И досадой:  убивай теперь пол дня из-за дурной ошибки нерадивого чиновника!  Ну, надо - так надо. Накормлю бюрократию нужными бумажками, исправит, как миленькая!

   А вот и нет. Служащий  соответствующего учреждения внимательно изучил представленную господином Н документацию и поднял на него удивленный взгляд:
   - Так в чем проблема?
   - Я вам уже объяснил. Машина - не моя. Нарушение - не мое. Штраф незаконен.
   - Постойте. Вы разве не проживаете по адресу улица… дом номер…?
   - Проживаю. Но причем…
   - Прошу прощения. А господин M, законный владелец автомобиля, разве не жилец того  же дома и даже (хотя это несущественно) того же подъезда, что и Вы?
   - Кто?... – ситуация начинала напоминать поздние романы Стругацких.
   - Вот, пожалуйста, – с экрана компьютера  глядело действительно знакомое, но не ставшее от этого более приятным, лицо соседа с нижнего этажа.
   - Вижу, признали, – удовлетворенно прокомментировал служащий. – Ну, вот все и выяснилось.
   - Что выяснилось? – тон  господина Н свидетельствовал о стремительной утечке похвального намерения держаться  твердо, но корректно. – Что значит  "выяснилось"? Вы выписали штраф другого человека на меня! Да какое мне дело,  где он живет?!

   Визави господина Н покачал головой:
   - Какое дело? Как же так, гражданин? Одну минуту.
   Печатное устройство зажужжало и выдало несколько листов текста.
   - Что это, вы знаете? – листы легли на стол перед господином Н, и тот вчитался в них.
   - Это мой договор на покупку квартиры. Но…
   - Прошу прощения, это ваша подпись на каждой странице?
   - Да. Но…
   - Прошу прощения, прочитайте, пожалуйста, заголовок.
   - "Договор на покупку квартиры в общем многоквартирном доме."
   - Очень хорошо. А вот здесь, среди пояснений к данному договору, тоже, кстати, подписанных Вами, прочтите, будьте добры.
   - "Общее пользование вышеуказанным имуществом предполагает общую ответственность всех пользователей".
  - Пользуетесь?  Так чем же Вы недовольны? А сейчас, если у Вас ко мне все…

  Господин Н оторопел. Чиновник смотрел на него усталым, но сфокусированным взглядом и не проявлял никаких признаков сумасшествия.

   - Постойте, - тихо сказал ему Н, – о чем Вы? Ведь речь идет об общей ответственности за сохранность этого дома… лифта, подъезда, крыши… Это, ведь, очевидно!
   - Господин Н, – в голосе чиновника промелькнуло сочувствие, – Вы можете толковать слова, как Вам угодно, но система воспринимает их в их полном смысле. Общая – значит, общая. Ответственность - значит, ответственность. Всех – значит, всех за каждого, каждого за каждого, и каждого за всех. Успокойтесь, пожалуйста. Как знать, может, этот господин М платит за Ваши, куда более серьезные провинности, и не жалуется…

   Господин Н незаметно ущипнул себя. Нет, он не спал!

   - Но ведь… позвольте… этого никогда раньше не было… я и не слышал ни о чем подобном!
   - "Закон не умирал, но был лишь в усыплении, - продекламировал начитанный представитель Закона, - теперь проснулся он". А теперь, сударь, если у Вас нет другого вопроса, я прошу Вас. Люди ждут.

   Вот так все и началось. И заканчиваться явно не собиралось. Господин Н платил и разбирался за чужие грехи: за пуделя госпожи Т, не утерпевшего на лестнице, за сына господина А, устроившего драку в дискотеке, за господина Ф, уклоняющегося от алиментов. В месяц, когда разорился господин Д из второго подъезда, господин Н не получил зарплату. Но все это обратилось в  сущую ерунду, когда доктор объяснил ему, до этого совершенно здоровому человеку, что печень его не выдержит, если господин О из восемнадцатой квартиры не прекратит злоупотреблять спиртным.

   "Что же мне делать? – ломал он голову бессонными ночами. – Что? Следить за ними? Воспитывать? Опекать? Призвать к порядку? Да и как? Ведь они не только не чувствуют благодарности – зверем смотрят!"
   Но, видимо, и "их" припекло. Объявление о всеобщем экстренном собрании жильцов было набрано красными  буквами и изобиловало восклицательными знаками.  Посещаемость побила все рекорды.
   "Надо вместе…" – слышалось со всех сторон. "Надо договориться…" "Сообща решать проблемы".  "Другого выхода нет…себе дороже…"
   "Да вы о чем?" – говорили другие. "А завтра вам скажут, что вы пользуетесь всем городом, да нет, всей планетой! Что должны беспокоиться за китайского крестьянина, за Джона, которому нечем выплачивать ипотечную ссуду, и за Риккардо, ограбившего банк!"

   - Значит, должны! – внезапно взорвался господин Н. - Значит, будем!

   Все головы повернулись к нему, но он уже умолк, безнадежно махнув рукой.
Совсем юная дочка соседей вскочила на ноги.

   - Да что же вы? – закричала она. – Чего вы так боитесь? Ведь ... видеть друг друга.... заботится друг о друге... может быть, это хорошо? Почему вас в это надо пинками загонять?

   Поднявшийся было неодобрительный гул утих от спокойного голоса мало кому знакомого мужчины, сидящего в углу.

   - Что же все-таки происходит? Думаю, всем ясно, а кому не ясно – выяснится очень скоро, что это не случайность. Мы стали  частью какого-то процесса или, вернее сказать, проснулись в новом мире:  со своими законами, очевидно, во многом противоположным  тем, которых уже нет.  И наша первостепенная задача – этот новый мир постичь. Учиться. Меняться. Понять, чего он от нас хочет. Нет, не от нас. Для нас. Ну как, готовы?

Я - твоя мысль. Я пришла ниоткуда и уйду в никуда, если ты не удержишь меня. Я твоя и подчинена только твоему желанию. Оно больше, чем я. Оно - творец меня! Я живу и расту от силы твоего желания, которое меня породило, и оно же убьет! Я могу быть ничтожной, и могу - гениальной! Могу носиться как угорелая, выполняя твое желание, и могу храпеть, если оно спит.

Я всемогуща и способна проникнуть в глубину материи, даже вселиться в другого. Я беспринципна. Я могу убить, могу дать жизнь. Я повелеваю царями и народами, телами и их действиями. Я оставляю шрам в чьей-то жизни, а в ком-то - весну.

Я могу думать о женщине, ребенке, о мире. Для меня нет границ или оков. Меня могут читать и другие, если тесно станет мне в голове твоей и тогда убегу на волю...

Я способна стать тюрьмой, поработить и заключить тебя полностью, и могу поднять над землей к свободе, достичь Неба, если заложишь в меня дух свой. И тогда попробуй, достань меня, посмотри, какой стала большой! Удивительно, как я помещаюсь в голове?!

Благодаря мне ты сделал свой первый сознательный шаг на Земле. Ты живешь мной, ты находишься там, где нахожусь Я. Пошли меня к черту или к богу - и будешь со мной. Загони меня внутрь себя и, хотя я не люблю копаться в грязи, но понимаю - ты хочешь, чтобы я исправила что-то в тебе. Знаю - мечтаешь вычистить эти Авгиевы конюшни в надежде обнаружить там драгоценный камень - свою душу. Я работаю, что ж...

Я - твоя, но мне нужно направление. Что ты хочешь, что требуешь от меня? Я, конечно, могу думать и о желудке, но мне больше импонирует, когда о тебе скажут: какие необычные, какие высокие мысли у этого человека! И чем выше ты меня посылаешь, чем более высокие цели у твоего желания, тем больше мне это нравится.

Но если я только следую за желаниями, то извини, я - как животное и в чем тогда моя ценность? Когда же ты начинаешь контролировать свои желания мною, то становишься человеком, а я - человеческой мыслью.

Сначала я думала только о тебе. Однако мне стало уже недоставать простора. Я страдала в карцере твоего разума, работающего на обслуживание тела. А когда Природа, как самый лучший учитель, изменила тебя, тогда изменилась и я. Теперь я знаю, что все, что есть хорошего в мире, не может принадлежать только одному. Оно - для всех. Выбери себе в учителя Законы Природы и ты увидишь, насколько они вызовут в тебе любовь, надежду, веру и покой. Благодаря мне - твоей мысли.

Все пространство Вселенной замыкается мыслями людей. Только они не знают, насколько именно мы влияем на происходящее с ними, потому что мы - самая большая сила в природе! Поэтому, если бы одни люди могли направить себя на добро другим, то вызвали бы соответствующие мысли в них. Но поскольку каждый думает "себе против других", то мы, мысли, не складываемся в одну добрую, а вызываем отрицательные следствия.

Я, твоя мысль, должна быть связанной с Замыслом, что стоит за материей, что сформировал всю природу. Я обязана совпасть с ним. Я хочу этого только для того, чтобы тебе было хорошо! Встань же во весь свой рост, рост духа! Поднимись над своими мелкими желаниями и пошли меня выяснить, как достичь связи с другими! Направь меня! Направить - значит изменить отношение к другому на уровне мысли! Я хочу быть мыслью Человека! И я знаю, что ты способен стать им! Прорвись к хорошим мыслям и мир станет для тебя краше!

Как-то раз, начитавшись и наслушавшись всяких кризисных страшилок, я с трудом забылся беспокойным сном. И сразу оказался на экзамене. Вытягиваю билет: "На сегодняшний день США потребляют 40% мировых ресурсов и производят 30% мировых отходов. Китай в течение ближайших 15 лет догонит США по потреблению на душу населения. Учитывая, что население Китая в 5 раз больше, сделайте соответствующие расчеты и опишите предполагаемое будущее".

Ну, с расчетами проблем нет - в математике всегда был силен. Да и с отходами тоже - не так уж и тяжело представить Эвересты мусора, ядовитую воду и отравленный воздух. А вот и ресурсы: 40% умножаем на 5 - ну и как прикажете понимать эти 200%?!

И чем больше я думал, тем больше запутывался. То есть, как это можно потреблять в два раза больше, чем вообще есть? Просто какая-то отчаянная ситуация получилась. И что же делать, ведь сейчас отвечать придется! К счастью, тут я и проснулся, весь в холодном поту.

Это сын меня разбудил - из школы пришел, и давай с ходу рассказывать: "А нам сегодня прививку делали!" А я-то спросонья никак в толк не возьму, о чем это он. Все от экзамена своего никак не избавлюсь. Ведь цифры-то, цифры - все верные в билете были! Ведь выходит, что иди все своим чередом, так весь мир неизбежно передерется за эти недостающие на всех ресурсы. Ну, только если раньше не отравится и не задохнется от собственных отходов.

А сын мой не унимается: "Папа, а для чего эту самую прививку делают?"
И тут мне мой мозг, еще спросонья, возьми, да и выдай: "прививка позволяет опасную для жизни болезнь пережить в более легкой, не опасной для жизни форме".

И тут меня осенило: так ведь и нам сейчас, как детям неразумным, идущим с закрытыми глазами к краю пропасти, дают последнюю возможность осознать, что необузданный эгоизм означает неминуемую гибель для всех нас!

Ведь мы упрямо оставались глухи и слепы к тому, что подобно заразной болезни, неумолимо шествовало по нашей планете: кризис семьи и науки, "эпидемии" наркомании и алкоголизма, психических и психологических расстройств, самоубийств, насилия и террора, экологические катастрофы и глобальное потепление.

И лишь финансовый и последующий экономический кризис, болезненно бьющий всех и каждого по его личному карману, воспринимается нами как реальная глобальная угроза. И он-то и может стать тем средством, которое заставит нас осознать зло. А осознав, сделать полный разворот - начать изменять наши сугубо эгоистические взаимоотношения, чтобы вовремя остановиться на краю пропасти.

Потому все то, что сегодня лишает сна и покоя, на самом деле и дает нам сейчас эту самую надежду на возможность "пережить опасную болезнь в более легкой, не опасной для жизни форме". Так что, это - всего лишь прививка, а вы всё за своё: кризис, кризис...

Обсудить на форуме

Учитель недоволен, ты сам считаешь себя тупицей и бездарью. Ты ненавидишь автора, этого извращенца. Как такое можно написать и тем более сыграть?! Наверное, у него было пять рук. Ты злишься на учителя, родителей, на себя самого, на этот дурацкий инструмент. А за окном солнце, мальчишки играют в футбол, смеются… Нет! Я никогда не смогу это сыграть. Отпустите меня.

Прошли дни - пальцы уже привыкли становиться на нужные клавиши, и ты уже различаешь некоторые фрагменты мелодии, которые звучат, ух ты, даже ничего.

Прошли недели - ты уже не смотришь в ноты, пальцы сами несут тебя по клавишам - ты вдруг ловишь себя на том, что наслаждаешься прекрасной многоголосой, многослойной музыкой. Ты горд собой, ты переживаешь океан эмоций. Так вот что, наверное, испытывал автор, когда сочинял эту прекрасную пьесу! А если сделать акцент в этом месте? Новое звучание, новые эмоции!

Эта музыка прекрасна и бесконечна! Ты чувствуешь родство с автором, ты благодарен ему за то, что он помог тебе ощутить это волнение, ты благодарен учителю, который не давал тебе спуску и заставил таки постичь нотную грамоту.

Ты свободен и счастлив!!!

Но в чем же свобода? Ведь ты играешь строго в соответствии с написанными кем-то нотами по строго установленным законам гармонии. Теперь ты можешь вносить частичку себя в исполнение, в интерпретацию произведения, не нарушая его замысла, целостности. Ты становишься соавтором!!! Это твой инструмент, это ТВОЯ музыка, она написана специально для того, чтобы именно ТЫ сыграл ее!

Квантик появился неожиданно. Постарайтесь правильно понять это слово в применении к самому быстрому мальчишке во всей Невидимии. Никогда еще он не исчезал так надолго, и с каждым днем я скучала и тревожилась все сильнее. Где он, что с ним? Нашел ли то, что искал, или попал в беду?

Издатель давил на меня невыносимо, утверждая, что моя творческая командировка в Невидимию не оправдывает себя. И, решив разом разрубить гордиев узел, я села писать книжку под названием "Приключения Квантика".

Тут это и случилось. Я вздохнула, напечатала последнюю букву в названии и услышала его ехидное "ага!" практически одновременно. Он сидел на подоконнике, обхватив коленки, и улыбался при виде моего ошарашенного лица.

- Квантик!

- Приветик!

- Ну что ты вытворяешь? Разве так можно? Куда ты пропал?

- Куда пропал, там меня уже нет, - отозвался он с неожиданной горечью.

Вообще, Квантику досталось. Он похудел, обветрился. А главное, потускнел. Словно задуло фонарик, что освещал его изнутри.

- Все! Назови лучше свою книжку "Скучная жизнь Квантика", - грустно сказал он.

- Ну вот что, - решительно сказала я, - я тебя кормить сейчас буду! Оладушками.

Тень улыбки появилась и исчезла снова.

- Плюшки? Что я, Карлсон?

- Ты Малыш.

Плюшки с вареньем не подвели и Квантик мало помалу разговорился. Видимо, для этого он и пришел. Так я услышала впервые о его путешествии к Грани (Дальняя граница, отделяющая Неведимию от Запредела) в составе научной экспедиции, куда он устроился проводником. Услышала про Фоти ("Лучше друга у меня не было!"), и об экспериментальном коте.

- Понимаешь, все мы думали найти ответы на загадки.

- А вышло иначе?

- Да. Грань оказалась не такой, какой ожидали ученые, и они не смогли ее отодвинуть. Даже на чуть-чуть.

- И что тогда?

- Тогда… Сначала они пытались изучать ее, а потом сильно разозлились. А в это время… понимаешь, мы уже были там не одни… другие экспедиции подтянулись… И тогда…

- Да? Квантик, не молчи!

- И тогда они, все вместе, решили провести этот эксперимент. Фоти сразу согласился, а я… на следующий день.

- Осторожный ты мой. Итак…

- Нет, ты пойми. Ведь они… те двое, которых я встретил в парке…

- С которых все и началось..

- Ну да… Помнишь, они сказали мне, что ответы находятся там, откуда приходят вопросы? Так что мне очень нужно было туда. А эта пушка… Ух, ну и плюшка! - быстро поправился Квантик, набивая рот под моим пристальным взглядом.

-Да ты просто волшебница! - продолжал он невнятно, но с жаром. - Что ты такое в них кладешь?

- Квантик! Не заговаривай мне зубы! Что за пушка?

- Ну, этот Ускоритель, или Машина, как его еще называют ученые. А Фоти больше нравилось: Пушка. Ну, в общем, они рассчитывали создать в ней такой мощный пучок энергии, что пробьет в Грани брешь. И тогда они увидят, что там за ней.

- Так…, - мой ужас умерялся только тем, что вот же он, Квантик, сидит передо мной. - И вы с Фоти согласились…

- Ну да…, - смущенно подтвердил Квантик. - Только для нас было придумано такое особое устройство… или условие…, чтобы мы в любом случае могли вернуться и рассказать, что видели… Только мы не увидели ничего… Нет, еще меньше, еще хуже, чем ничего!

Квантика передернуло, и он обхватил себя, как от холода, руками.

- Что? - тихо спросила я. - Расскажи, и тебе станет легче. Вот увидишь.

- Темнота, - неохотно сказал он наконец. - Постой, не представляй себе! Полная темнота, ты такой не видела, не могла видеть… и никто не мог, даже в космосе. Бесконечная пустота, откуда ушел весь свет… и только память, что был свет… и страх… Не спрашивай меня больше об этом, никогда, хорошо?

- Хорошо, обещаю.

- Не знаю, сколько времени это продолжалось. Но в конце концов устройство сработало, и мы вернулись. Говорят, мы долго были без сознания, а когда пришли в себя, там уже творилось такое… Эксперимент, мало что ничего не прояснил, но… то ли он Грань потревожил, то ли это просто совпало… Оказалось, что она влияет на людей. Отражает… их мысли и чувства… а главное, делает их прозрачными друг для друга.

Я оцепенела, вспомнив, сколько раз благодарила судьбу за то, что даже самые близкие и любимые мною люди не слышат, что я порой о них думаю.

- Бедный ты мой, - наконец пробормотала я. - разве все это для тебя?

- Наверное, нет, - сквозь зубы согласился он. - Все начали бросаться друг на друга, сначала экспедиция на экспедицию…, а потом другие отступили, и остались мы снова одни… Понимаешь, наши с Фоти люди, они слишком долго были у Грани, и она уже не отпускала их.

И они сначала радовались, что победили, а потом каждый понял, как сильно двое других его ненавидят и обвиняют во всем… и тогда… стало совсем плохо… И еще, мы с Фоти тоже начали ссориться, совсем как они… и я… ушел. Хватит с меня! Буду как все…

То ли я слишком старательно искала слова утешения, то ли уже пообвыкла, но внезапное появление Фоти не вызвало у меня адекватного потрясения. А должно было бы! Растрепанный и довольно таки чумазый мальчишка свалился, как бомба, прямо на наш мирный стол!

- Вот ты где! - накинулся он насупившегося Квантика. - Чай пьешь, а мне одному за все отдуваться! Так что ли? Так? Ну что ты молчишь?

Квантик не произносил ни слова.

- Ты не знаешь…, - тихо сказал Фоти, - там после тебя другое началось… такое… Мы не можем их бросить… даже кот остался… эх ты!

Он шмыгнул носом, и с ожесточением потер и так красные глаза. Посмотрел на Квантика. Махнул рукой. И исчез.

Мы посидели еще немного.

- Ну и плюшки у тебя! - сказал наконец Квантик, и улыбнулся почти по- прежнему. - Когда я приведу этого грубияна извиняться, пусть будут точно такие же. И знаешь что… не меняй пока что название книги. Может, оно в самый раз…

- Эй! Квантик! Ну что ты квелый такой? Попей воды, умойся. Через десять минут тебе выходить на связь.
- Я знаю!

Никогда еще Квантику не было так скучно! Никогда еще не вел он столь однообразной жизни. Стоило сбегать из дома, нечего сказать! Впрочем, после встречи с теми двумя, такой короткой и так растревожившей его, все, чем он жил прежде, потеряло для него интерес.

Все, кроме разбуженных ими вопросов, на которые некому было ответить. "Ответы находятся там, откуда приходят вопросы", - сказали они на прощание, и он почему-то сразу подумал о Грани. Грань, или Дальняя Граница, отделяет Невидимию от Запредела. Того самого Запредела, которым иногда пугают маленьких детей.

Что касается взрослых невидимцев, их к Грани ничем не заманишь. Кроме самых отпетых. Впрочем, и те больше выдумывают. Даже колдуны. Еще никто не пересек Грань и не вернулся обратно - рассказать о Запределе. Но люди, та их разновидность, которая называется учеными, как-то умеют Грань отодвигать, отхватывая у Запредела все новые участки.

Поэтому-то Квантик и нанялся в эту экспедицию проводником. Во время своих прежних, столь раздражающих всех скачков из состояния в состояние, он изучил подходы к Грани не хуже опытного следопыта.

Квантик умел быть очень быстрым и надеялся, что успеет поймать хоть часть запредельных ответов, прежде чем они улизнут за новую Грань. Просто удивительно, сколько разных надежд несла с собой эта маленькая экспедиция, исключая, может быть, только кота.

Надежды оставались, пока взбесившаяся Грань не выросла у них перед носом, оставив только две возможности: или уносить ноги по-добру по-здорову, или любоваться на нее до полного умопомрачения. Вернее, на самих себя, поскольку зеркальная ее поверхность отражала все находившееся перед ней.

- Квантик, готов? Время. Пять, четыре, три, два, один - давай!
Квантик с наслаждением расконцентрировался и перешел в волновой режим заранее оговоренной частоты. И тотчас захохотал (да! и волны смеются!) от интерференции со встречной, бурлящей от восторга волной, называемой также Фоти.

- Ах, ты так? Ну, держись!
Некоторое время они шалили и плескались, как мальчишки в речке, только и мальчишки, и речка, были одним и тем же.
- Уф! Наконец-то! - пропыхтел, наконец, довольный Фоти, - а то с этим договором хоть ложись и помирай!

По договору, мальчики обязывались оставаться все время в "корректном" состоянии, если - пока - ученые не решат иначе. Что ж, благодаря Грани, это произошло быстрее, чем предполагалось.

- Да, - улыбнулся Квантик, - зато теперь мы связные! Как у вас дела?
- Да никак. Идем. Отдыхаем. Снова идем. Мои все спорят. Охрипли уже. Вижу я - тошно им. А уж мне! Кабы не кот - хуже некуда. А твой как?
- Ну... с кем ему спорить? А так - похоже. Я смотрю, вы сбились с темпа?

- Так это разве ходоки? Но упертые. Рыжий говорит, все равно мы ее одолеем! Найдем разрыв. А борода, - Фоти захохотал, - ой, умора! Вдруг как пнет ее: "Ух, проклятая!". Только ей-то что? Спикировал, ясное дело. Хорошо, хоть в бархан. Потом все трубку искали, сколько времени коту под хвост.
 
- Нашли?
- Ну, так кот же и нашел. Ну вот.... Они ее еще и на прочность проверяют... или может сверху можно... все как твой сказал. Да только без толку. Слушай... -
 Фоти замялся. Квантик тоже молчал.
- Если они, в конце концов, захотят этот свой опыт сделать, я соглашусь. Без дураков.
 
- Нет, - твердо сказал Квантик.
- Да ты не знаешь, что у них там есть! Такие штуки, разгонители, растрясители всякие... Что же им, все это обратно домой тащить? А у меня с Гранью свои счеты. Или я ее, или...

- Фоти!
- Ну что - Фоти?
- Послушай, они... те двое... каббалисты... об этом что-то говорили, когда я к ним подошел. "Наука может подвести человека к граничной черте, но не может перенести через нее". Они знали... И потом...

- Но я-то не человек!
- Ты мне друг?
- А кто же еще? - угрюмо буркнул Фоти.
- Так обещай мне, что ничего не сделаешь, пока мы все снова не сойдемся. Передай им: если через сутки ничего не изменится - возвращаться. Это приказ. Есть?

- Есть, - неохотно согласился мрачный Фоти. - Но уж тогда...
- Тогда и решим. До завтра!
Не прошло и секунды, как Квантик стоял перед начальником экспедиции.

- Ничего... - задумчиво кивнул тот, выслушав короткий доклад. - Скажи мне, дружок... Ты когда-нибудь видел ее такой? Слышал что-нибудь? От взрослых? В школе?
- Нет.

- Никогда она такой не была! Всегда через нее можно было что-то разглядеть... если подойти очень близко... если есть хорошие приборы... смелая гипотеза... капля удачи... и вдруг ты видел ясно, что там, за ней... пусть чуть-чуть... но на это чуть-чуть она отодвигалась. И ты стоял там, где еще не ступала нога человека! Это... за это жизни не жалко, малыш!

Его голос дрогнул. По круглым небритым щекам текли слезы. Квантику стало так жалко его, что он, крепко сжав челюсти, удержал готовое сорваться: "Зачем? Ну, зачем это все? Вы же сами говорите, что никто от этого не становится счастливее!"

- А теперь - уткнулись в самих себя! - тихо пробормотал стоящий перед глухой блестящей Гранью человек. - Куда же дальше?
"А дальше, - вдруг четко вспомнилась Квантику непонятная фраза тех, двоих, - а дальше - только через подобие свойств!"

Квантик поворошил прутиком картошку в горячей золе. Еще немного и можно звать всех к ужину. Фотон, а в миру - Фоти, уютно посапывал рядом, свернувшись котом. Что же касается самого кота, с ним в освещенной изнутри палатке-лаборатории снова мудрили ученые. Заманив его тунцом в очередную коробку из-под продуктов, они в очередной раз дискутировали на тему - жив ли кот или мертв. 

Квантик не мог этого понять. Как и многого другого. Впрочем, это было неважно. Главное, что они согласились взять его с собой. В отличие от тех двоих, к которым рвалось его сердце.

Квантик глубоко вздохнул, пытаясь заглушить обиду, чему немало способствовал подопытный кот, решивший, что с него довольно. Истошно взвыв, он разнес свою хрупкую камеру, и, произведя ряд попутных разрушений, выскочил на волю с возмущенно задранным к звездам хвостом. Ученные засмеялись.

- Испеклась! - крикнул в сторону палатки Квантик, и все трое вылезли наружу, неся хлеб, консервы и объемистый термос. Фоти уже сидел маленьким Буддой и, не щурясь, смотрел в огонь. Гордый и независимый кот присоединился к хозяину. Некоторое время все молча ели.

- Пустыня... - прервал тишину один из ученых, обладатель ярко-рыжей шевелюры. - Странная все же страна, эта Невидимия. От ближней границы, несомненно, густо заселена, но чем дальше вглубь... все пустыннее...

- Меня больше волнует дальняя граница, - проворчала, разжигая трубку, шкиперская бородка. - Грань, как они ее называют. По всем расчетам, мы должны были уже уткнуться в нее. Отступает она, что ли, как линия горизонта?

- Это к нашим проводникам, - добродушно подмигнул в сторону мальчишек бодрый толстячок, начальник экспедиции. - Верно, Квантик?
Квантик поднял голову от маршмело на палочке, которое успел напечь на всю компанию.

- Скоро дойдем, - ответил спокойно, - пару дней еще...
- Если бы вы не тащились, как черепахи, - фыркнул невежливый Фоти, а за ним - еще более невежливый кот, - сто лет назад уже были бы там!
Толстяк покачал головой.

- Ну-ну. Поспешай медленно, мой юный друг. Успех всякого опыта на девяносто девять процентов зависит от подготовки. Тебе ли не знать, куда заводит нетерпение.

Фоти прикусил язык. Они нашли его в сердце пустыни, почти бездыханного, охраняемого неизвестно откуда взявшимся котом. Грань, которую он пытался взять с налету, просто отшвырнула его назад с силой, почти раздавившей даже такого крепыша. Что, впрочем, ни на йоту не поколебало его решимости добиться своего.

- А зачем вам Грань? - спросил Квантик.
- Я ведь уже объяснял тебе, мальчик, - нетерпеливо отозвался бородатый,
но его рыжий собрат перебил его:
- Значит, плохо объяснял. Видишь ли, Квантик, мы хотим отодвинуть ее. Застолбить новый участок. Там, где никто до нас еще не был!

- Зачем?
- Смотри... это власть над природой. Чтобы людям лучше жилось.
-  Намного лучше, - саркастически отозвался бородач, - как от водородной бомбы.

- Но позволь! Я не в ответе за то что, сделает с моим открытием всякий дурак или мерзавец! Человечество, несмотря ни на что, движется вперед, и именно посредством науки! И людям живется лучше. Или хотя бы удобнее. Понял, дружок?

- Они меньше болеют? Больше радуются? - спросил Квантик.
- Вот-вот. Устами младенца... - бородатый раскурил остывшую было трубку. - Не слушай его, мальчик. Знание - самоценно. Серые клетки должны развиваться. Стремиться к Грани.

- Зачем?
- А вот это, - усмехнулся толстяк, - крайне ненаучная постановка вопроса. Я склонен согласиться со своим ученым другом. Знать - выше этого нет ничего на свете.

"Знай, - тихо и как бы неосознанно произнес Квантик, - что до начала творeния… был лишь простой всe собой заполняющий свeт. И нe было свободного нeзаполнeнного пространства... Лишь бeсконeчный, ровный свeт всe собой заполнял… И назывался он светом Бесконечности".

- Это еще откуда? - бородач отряхнул ладони и поднялся. - Как это - до начала творения не было незаполненного пространства? Полный бред.
- Ну, не скажи, - задумчиво протянул рыжий. - Простой свет... абсолютный свет... сама идея света...

- Ох, реши уже, наконец, ученый ты или философ!
- Поздно уже, соколы мои, - твердо сказал толстяк, и тоже встал. - Пора на покой. Завтра длинный и трудный день. Квантик, Фоти, вы как? Может, поспите с нами в палатке? Ночи становятся все холоднее.

- Не... - ответил Фоти за обоих. - Мы тут...
- Ну, вольному воля. Достаньте хотя бы теплые мешки из багажа. Что ж, спокойной ночи. Подъем в четыре ноль-ноль.

Квантик и Фоти смотрели на догорающий костер. Говорить не хотелось. Время как будто прилипло к белому от звезд небу.  Пока из темноты, чрезвычайно довольный, не появился кот после прогулки по своим делам. Он зевнул, и вдруг бешено завертелся вокруг собственной оси, расшвыривая вокруг  кучи песка.  

- Эй! Эй! - Мальчики вскочили.
Локоть Фоти толкнул Квантика в бок.
- Рассуждай научно, мальчик, - важно изрек он, - погоня за собственным хвостом самоценна.

Оба рассмеялись.
- Не могу поверить, - тихо сказал Квантик немного погодя, - что я заговорил с ними об этом...
- Ничего, - утешил Фоти, - бывает... Это из той книжки? Как ты сказал - каббала?

Квантик кивнул.
- А что там дальше?
- Не помню. Да я и видел-то всего ничего.
- Скучаешь по ним?

- Скучаю, - признался Квантик. - Хотя странно... Встретились случайно... на полчаса, не больше… а  как будто свет вспыхнул во тьме... а теперь снова погас. Некому объяснить тебе,  зачем ты здесь. И что это за каббала такая?

- Не бойся, - сказал Фоти и положил руку на плечо друга. - Нас теперь двое. Мы их найдем! Где бы они ни были. Хоть за Гранью. Чтоб мне с места этого не сойти! Чтоб мне песок есть!

Продолжение

Ну вот. Опять гоняются за Квантиком. Вы с ним еще не знакомы? Квантик - это маленький мальчик, живуший в Невидимии, приграничном государстве на самом краю нашей Ойкумены.  А попросту говоря, на самом стыке познанного и непознанного миров.

Невидимия - огромная страна с зыбкими границами, не слишком известная широкой публике, тем не менее, туристами не обделена. Отнюдь. Это просто Мека для искателей острых ощущений, писателей-фантастов, и, разумеется, для ученых.  Последние, дай им волю, вообще бы оттуда не вылезали.  

Коренное население в большинстве все народ серьезный и крайне занятый, но, как известно, исключения всегда найдутся: всякие там разбойники, пираты, жулики, ну а кроме того, дети - они везде дети. Излюбленным видом спорта невидимских недорослей является розыгрыш туристов, особенно ученых - самых доверчивых и забавных из всех.

Квантик, однако, отличается от своих сверстников, и отклонение, по мнению его родителей, учителей, докторов, а так же старших братьев и сестер (список можно продолжать), давно перевалило за допустимое.

Дело в том, что он не дурачится - так, во всяком случае, уверяет он сам - или дурачится непрестанно - так считают все. Я имею в виду, что изменчивость облика и свойств является единственной постоянной чертой его характера и поведения.

А по мне, это только красит его. Уверяю вас, Квантик - очень милый ребенок, и общаться с ним одно удовольствие. А также немалая польза - я от него худею. Общение с Квантиком не уступает по интенсивности танцам хип-хоп.

Но прежде всего - я просто люблю с ним разговаривать. И это взаимно. Хотя мне случается порой нарушать договор, лежащий в основе наших отношений, касаясь запретных  тем. Как в тот памятный раз, когда...

- Ну, хорошо,- не совсем честно сказала я, падая без сил в кресло у окна, Квантику, пристроившемуся на подоконнике. - И тем ни менее, есть что-то, от чего тебе не увернуться: необходимость взрослеть. Жизнь заставит. Вот ты сейчас не в школе...

Чертенок немедленно растворился в воздухе, и насмешливый голосок возразил мне сразу со всех сторон:
- Не в школе? Я? Очень даже в школе!
-  Квантик! Оставь эти фокусы для ученых. Ты просто боишься взглянуть правде в глаза.

- Ладно, - он материализовался, - где они, эти ее глаза?
- Ты должен учиться. - Он вздохнул. Я постаралась забыть девочку, которой когда-то была. - Это не так страшно. С твоими родителями, твоими способностями, в твоей элитной школе - ты можешь выбирать что угодно. Хоть золото создавай, хоть бриллианты.

- Создавай? Знаешь что написано над входом в нашу школу? "Создавать - значит быть!" Ты бы хотела быть вещью?
- Ты же знаешь, что это не одно и то же! К тому же... есть столько всего. Ты мог бы создавать... ладно, стать... прекрасным цветком. Или... леопардом. Опять плохо? Тогда... вот! Мозгом великого поэта. Да, я бы хотела! Глаголом жечь сердца людей...

- Подумаешь, глагол! К тому же органика..., - в устремленных на меня не по- детски мудрых глазах промелькнула жалость, - там столько неприятных процессов...
- Ну, не знаю... Есть же нано-материалы... всякие интересные технологии...
- Нет! Вся материя - такая скука!

- Как с тобой иногда трудно! Ну не хочешь частицей - стань волной.
-  Да я и так волна. Зачем же еще учиться! Для этого? - на секунду он изобразил новенькую микроволновую печь, но сразу снова стал серьезным. - Нет, ты мне скажи. Зачем? Ну, зачем это все? Все эта уйма материи, которая носится по космосу и испускает волны? Сегодня мы соединяемся, создаем ее, завтра - снова куча пыли. "Создавать - значит быть!" Ладно. Только объясни мне: зачем быть?

Он взволнованно закружился по комнате.
-  Квантик!
-  Зачем быть?!
-  Я не знаю! Но все же - есть!
-  Никого нет.

Как всякий ребенок, Квантик страшно упрям, и делает все, чтоб добиться своего.
- Хочешь, поиграем еще?

Это всегда срабатывало. Но жизнь полна сюрпризов. Он, правда, вновь появился передо мной, и даже в любимом образе Чебурашки, но только для того, чтобы грустно поправить меня:
-  Это не мы играем. Это что-то... кто-то... играет в нас.

Чтобы Квантик отказался играть?
-  Да что с  тобой сегодня? Никак к колдунам опять бегал?
- Нет... не к колдунам.
- А к кому же?

- Слушай... я людей встретил... двое их было. Они шли и разговаривали... потом сели, и книгу какую-то стали читать. Я сначала думал - ученые, а мне... ну, скучно было..., - я содрогнулась, представив себе несчастных ученых, попавшихся на глаза скучающему Квантику. - Я и подошел. Спросил у них, может, нужно опыт какой поставить?

- Но ты же обещал!
- Да ничего такого и не было. Они посмотрели на меня чуть-чуть... спокойно так... а потом переглянулись между собой и засмеялись. Но совсем необидно... как тебе объяснить - от удовольствия как бы, понимаешь? А потом разговаривать между собой снова начали ... ну, и со мной понемножку. Книжку свою показали - она о каббале оказалась…

Он задумался. Чебурашка понемногу сполз с него, как карнавальный костюм, и остался Квантик - такой, что больше и быть не может.
- Ну и что? – не выдержала я. – Кто они? О чем говорили?

- О чем? Не знаю..., - рассеянно отозвался он. - Я их спрашивать начал, о всяких вещах... а они и говорят: "Почему - это хороший вопрос. Только никогда не узнаешь, почему, пока не откроешь - зачем". И еще сказали, что ответы на вопросы находятся там же, откуда эти вопросы прибыли. И... все. Встали и пошли. Я с ними хотел, но они не разрешили. "Рановато тебе,  - говорят, - но ты не горюй. Увидимся еще".

-  Квантик, - огорченно сказала я, - ты что задумал?
Но он уже таял в воздухе.
- Не горюй, - долетел до меня его милый, такой детский еще голосок. - Увидимся еще...

Продолжение

- Да... - с уважением протянула она, наконец, - ничего не скажешь, умеешь ты принять. У тебя всегда самая вкусная пыльца на всем поле...
Левый усик бабочки выразил удовольствие, правый - легкое удивление.
- Я рада что тебе понравилось, но почему "у меня"? Это у всех... Ты ведь знаешь, я даже жилья себе не строю. Точно как ты: "где под каждым ей листком был готов и стол и дом"...

- Ой! Не напоминай! - встрепенулась стрекоза.- Из-за этой истории с муравьем мне и так нигде проходу не дают. Прославилась... тоже мне... Но это что..., - во взгляде сферических глаз промелькнуло легкое ехидство. - Где мне до тебя? Ведь ты у нас теперь знаменитость.
- Знаменитость?! Я?!
- А как же! Где ты живешь? Люди-то лишь о тебе и говорят. Ты у них самая модная тема, только и слышно: дефект бабочки, да дефект бабочки...

- Дефект? - не на шутку перепугалась бабочка. - Какой же у меня дефект? Ведь я такая, какой мне и следует быть!
- Ну не знаю, - протянула стрекоза, - вроде бы да... А их послушать, так выходит, что все проблемы из-за тебя: и экология, и перебои с продуктами, и увольнения, и... разве все упомнишь?

- Ах! - крылья бабочки, слабо потрепыхавшись, опали к спинке. - Ах!
- Эй вы! - новый голос, гнусавый и хриплый, ворвался в беседу. Издала его оливкового цвета жаба, ранее затаившаяся неподалеку... - Что за шум? Время к обеду, а вы мне тут все продукты разогнали! Вот возьму я и...

Длинный, узкий, гибкий и липкий язык, неожиданно метнувшийся между собеседницами, заставил стрекозу ошарашенно сорваться с места, и зависнуть на безопасном расстоянии. Бабочка же оставалась безучастной.

- Вот как... - с интересом уставилась на нее жаба. - Не боишься, значит?
- Мне все равно... - пролепетала бабочка. - Если у меня дефект... если я во всем виновата...
- Что такое?!

Стрекоза с опаской вернулась на цветок, и присела на самом краю, не сводя внимательного взгляда с жабьего рта.
- Это она из-за того, что говорят, - осторожно пояснила она. - Ну, ты знаешь... из-за дефекта бабочки.

- Ой, не могу! - заухала жаба, сложив перепончатые лапы на огромном животе. - Эффект, недоразвитые! Эффект! Эх вы! Существует теория, что взмах крыльев маленькой бабочки способен, по цепочке причинно-следственных связей, привести к несоизмеримым по размаху явлениям, ну, например, к торнадо.

- Эффект? - бабочка приободрилась. - Я, кажется, начинаю понимать, - задумчиво продолжила она. - Но ведь эта самая цепочка - неужели они... люди... могут думать, что она начинается с меня? Ведь, наоборот, это мы зависим от них во всем!

- Да уж, - проворчала стрекоза. - И как еще зависим... От всего, что они делают.
- От всего, что они думают, - с важностью подняла палец кверху жаба.
- От всего, что они чувствуют, - мечтательно расправила крылья бабочка. - Ведь известно, что когда у них в сердце пробуждается любовь, вся природа оживает. А когда любовь в них оскудевает, мир становится серым и холодным.

- Да, - согласилась стрекоза, не забывая, впрочем, следить за движениями жабы. - А еще мне мама говорила, что все мы, все живое и даже камни, опускаемся и поднимаемся вместе с человеком... Но я никогда не могла понять, что это значит.

- Да неужели? - насмешливо квакнула жаба. - И это единственное, чего ты не понимаешь?
- Если ты такая умная, - обиделась стрекоза,- может, объяснишь, почему они именно сейчас, вдруг, все хором заговорили об этой... как ее... теории?

- А потому что их начало сильно прижимать. Причем, по всему миру сразу. И медленно, со скрипом, но все же доходит до их сознания то, что ясно всякому дождевому червю - что мир неодолимо стремится к гармоничой связи между всеми своими частями. Что каждый влияет на всех и все на каждого. Что не выйдет так - одному хорошо, а другому плохо. Вот и вся премудрость. Всем будет плохо.

- Ну почему же плохо? - забеспокоилась бабочка. - Пусть лучше всем будет хорошо.
- Конечно, пусть. Очень даже пусть. Только для этого им надо... вернуться.
- Вернуться? - вмешалась стрекоза. - Это куда же?

- Друг к другу. А потом... все вместе, к Великой Силе Добра и Любви наполняющей все и движущей всем. Впрочем, это не вашего ума дело. А ну кыш отсюда. Сказала же вам - я проголодалась. Считаю до трех.
- Все-все, - заторопилась стрекоза. - Полетели, золотая моя, покружимся! Засиделись мы...

Что ни говори, а полуденный сон в выходной - одно из величайших и невиннейших наслаждений этого мира! С этой мыслью я блаженно потягивалась в постели после утра приятных забот, медленно погружаясь в сладкую дремотную тишину, как вдруг...

"Жжжж" - оглушительно и настойчиво раздалось над самым ухом. После ряда безуспешных попыток отмахнуться, я проснулась и открыла глаза. Довольно крупная желто-черно-полосатая пчела носилась по комнате и с маниакальным упорством билась то в стены, то в раму настежь открытого окна.
 
- И это ведь не в первый раз! - возмутилась я, усаживаясь среди подушек. - С ума вы все посходили, что ли? Убирайся домой, в свой улей!
Пчела неожиданно застыла в воздухе и, казалось, разглядывала меня, причем с выражением - да, у нее было выражение! - мне отнюдь не льстящим...

- В улей? - огрызнулась она, наконец, несколько гнусаво, но вполне членораздельно. - Спасибо за совет. А где он, этот улей, кто мне покажет? Может, ты?

- Что? - из-за невозможности поверить своим ушам, я растерялась меньше, чем должна была бы. - Чтобы я тебя направляла в улей?! Ну, знаешь...! Да вы ведь ориентируетесь лучше всех! В вас самой природой заложена эта... как ее - пространственная память.

- Было... - тихо сказала пчела. И, верите ли, мне показалось, что она сейчас заплачет. - Все было... Но мы ведь... Да неужели ты так ничего и не знаешь?
- Нет... а что?
- Мы ведь вымираем. Миллиардами. На всей планете. А кто еще жив - почти все больные или мутанты.
  
Я смутилась.
  - Эпидемия?
  - Вы наша эпидемия, - скорбно простонала пчела. - И не только наша. Вы ведь уничтожаете все, что вас окружает. Да что там... - безнадежно потрепыхала она крылышками.

- Нет уж, ты объясни, раз начала... Если это из-за меда...
- Из-за всего. Из-за того, чем вы кормите нас вместо меда. Из-за отравленных растений... грязного, чем только не зараженного, воздуха, который... потерял прозрачность... и ясность... и звонкость... и...

- Постой, так поэтому, - решительно прервала я ее ностальгическое бормотание, - ты не можешь вернуться домой?
- Из-за всего. Сил мало... сигнал нечеткий... а самое страшное - искаженный этими помехами... ну, от приборов, с помощью которых вы пытаетесь услышать друг друга.

- Мобильники?
- Пусть так. Представь, что тебе завязали глаза, заткнули уши и ноздри, раскрутили хорошенько, а потом и говорят: "Возвращайся домой!"...

- Послушай, мы ведь и сами понимаем. О вредном влиянии нашей цивилизации на природу пишут в газетах, ученые бьют тревогу, есть великолепные проекты по оздоровлению окружающей среды...

Моя собеседница, описав в воздухе мертвую петлю, перевернулась на спину и разыграла пантомиму "саркастический смех":
- "Хотели как лучше, а получилось как всегда". Порочный круг. Одно лечите -другое калечите. А знаешь почему? Потому что разрушение у вас внутри. Смерть, понимаешь? Фильм "Чужой" смотрела? Вот так то.

- Послушай... - запротестовала я, но ее уже было не остановить.
- Нет, это ты послушай! Послушайте хоть один раз! Не нас, так себя пожалейте. Газеты говоришь? Знаю я, что там пишут. Антенны или не антенны? Комбикорм или не комбикорм? Пчеловоды или кто-нибудь еще? А за строчками: ну ладно, ну, максимум, не будет меда....

Ах, да, пчелы ведь опыляют некоторые садовые культуры. Как неприятно. Ну, ладно, максимум, будем есть мармелад. Слепцы! Когда вы, наконец, поймете, что мир един м неделим? Что им правит всеобщий закон любви, которому вы противоположны как тьма свету. Что все зависят от всех, и должны заботиться обо всех. Иначе - конец.

Откройте, наконец, глаза - вы стоите на самом краю! Это вас, в первую очередь, надо занести в Красную книгу. Еще немного, и у вас не останется воздуха, чтоб дышать, воды чтобы пить, клочка невызженной земли... А самое главное - хоть капли любви в сердце, чтобы было зачем жить...

Мне вдруг стало страшно. Так страшно, что я... проснулась. Солнце уже начало сползать вниз по небосклону, выходной день клонился к закату. Все было тихо и спокойно, только довольно крупная желто-черно-полосатая пчела носилась по комнате и с маниакальным упорством билась то в стены, то в раму настежь открытого окна.

"Основа всего зла - не что иное, как любовь к самому себе, называемая эгоизмом…А не су­мев­ший пре­одо­леть эгои­сти­че­скую лю­бовь и та­ким об­ра­зом со­вер­шаю­щий кра­жу, ставит се­бя и весь мир на чашу ви­ны..." Бааль Сулам

- Мы уже два года вместе. Почему он не делает мне предложение? - думала Ева. - Все, кажется, хорошо. Не понимаю.

Вдруг она услышала странное шипение. Мурашки побежали по спине. Шипение как будто доносилось изнутри.

- Что это?! - пронеслось в голове Евы.

Шипение резко прекратилось и что-то зашевелилось в ногах. Она посмотрела вниз, и, с ужасом закричав, вскочила на скамейку.

- Помогите! Помогите! Змея!

Это была медно-красная, с зигзагообразным рисунком на спине змея, размером с полметра. Хорошо, что Ева не знала, как выглядят настоящие гадюки.

- Он поиграет с тобой и выбросит, как старую, ненужную куклу. А ты - королева! Ты достойна большего! - спокойно сказала змея.

- Что?! - от неожиданности Ева чуть не потеряла сознание.

- Почему-то люди не удивляются, когда слышат, что в Райском саду один из моих предков говорил с Евой. А когда змея разговаривает с Евой Морозовой - это нонсенс, - обиженно произнесла змея.

- Я совсем не удивляюсь, - дрожащим голосом произнесла Ева.

- Ну и правильно, - сказала змея. - Я тебе на счет Сашки твоего... Вариант далеко не лучший. На работе никакого продвижения. Нет, у него, конечно, зарплата ничего, но это же не предел. Да еще и времени у него из-за этой работы нет. С утра до вечера заседания, командировки. Секретарши, кстати, тоже... Сколько он тебе времени уделяет?! Да если бы ко мне так относились ...

- Он же старается, - попыталась возразить Ева.

- Знаем мы, как он старается. С друзьями на футбол - это всегда пожалуйста. Ради пива даже посуду помоет и мусор вынесет. А ты, глупая, его отпускаешь. Ладно, дело твое, тебе решать. А мне пора, - сказала змея и испарилась так же неожиданно, как появилась...

Саша посмотрел на стопку дисков и вставил один из них в проигрыватель.

"У каждой женщины должна быть змея. Это больше чем ты, это больше чем я ...", - запел Борис Гребенщиков.

- Да, есть в этом что-то. Прав Гребень, как всегда, - подумал Саша.

 Вдруг в комнате послышалось шипение. Он испуганно огляделся по сторонам и с ужасом понял, что шипит у него в груди. Первое, что пришло ему в голову - это схватить телефон и набрать "03".

- Скорая помощь. Слушаю Вас, - раздался звонкий женский голос.

- У меня ... - Саша запнулся, так как шипение прекратилось.

- Что у Вас? - спросила женщина. - Вы не волнуйтесь.

- Ничего, извините. Показалось, - сказал Саша подождав немного, и повесил трубку.

- БГ не совсем прав. У тебя тоже есть змея, - услышал он чей-то голос снизу.

Саша посмотрел на пол и онемел. На полу лежала змея. Пятнистая, большая змея. А для того чтобы онеметь, вполне достаточно обнаружить у себя дома змею. Даже не говорящую, а самую обыкновенную.

- В-вы из зоопарка с-сбежали? - заикаясь спросил Саша.

- Из зоопарка? Можно и так сказать, - многозначительно ответила змея.

 - А я думал, что только попугаи разговаривают, - сказал Саша, на всякий случай забираясь на кровать.

- Ну вот. Еще один, - обиделась змея.

Наступила пауза.

- Я тебе что хотела сказать... - начала змея. - Ева твоя... Ты смотри с ней поосторожней. Да не только с ней. Вообще, со всеми женщинами. Они хитрющие. Ну чего я тебе рассказываю? Сам знаешь. Как там у Ницше: "Идя к женщине, бери плетку". Что-то в этом роде.

Она живет за твой счет. Ты ей даже учебу оплачиваешь. Она сейчас учиться закончит, работу найдет престижную - и все. Ты ей больше не нужен. Свое дело сделал.

- Но она же любит меня, - неуверенно сказал Саша.

- Это она тебе сказала? Насмешил.

В дверь позвонили, и змея куда-то пропала.

- Доброе утро, Адам, - улыбнулась Ева.
- Ева, меня зовут Саша. Хватит называть меня этим дурацким именем!
- Но это же романтично: Адам и Ева. Тебе нравилось...
- Нравилось? Ты хоть раз поинтересовалась, нравится мне или нет?

- А ты сам хоть раз поинтересовался, что нравится мне?! Ты хоть раз попытался сделать что-то действительно приятное мне? Ты делаешь только то, что тебе удобно, - не выдержала Ева.
- Да если бы не я, ты работала бы сейчас официанткой с утра до вечера.
- Это лучше, чем быть твоей наложницей!

- Дура ты, а не наложница!
- Чтоооо?!... Ой смотри, Саш, - Ева показала пальцем куда-то вниз и буквально впилась в Сашину руку.
- Куда смотp..., - голос Саши оборвался.
На полу он увидел двух змей.

- Я совсем не дура! Тебе кажется, что я ничего не понимаю. Но я все вижу. Ты просто используешь меня. Ты совсем меня не любишь! - кричала одна змея.
А ты меня совсем не любишь! Я прихожу домой уставший. Хоть раз бы ужин приготовила! - кричала другая.

- А ты...! Ты променял прогулку со мной по парку в прошлое воскресенье на посиделки с твоими приятелями за кружкой пива! Я прекрасно знаю, о чем вы там говорите!

- Саш, пусть наши змеи там разбираются, а мы пока в сторонке поговорим, - прошептала Ева.
- Отличная идея. Я давно хотел сказать тебе, что ты мне очень дорога, но из-за своей гордости я часто совершаю глупые поступки. Прости меня, Ева, - тихо сказал Саша.

- Я знаю. Я тоже тебя очень люблю, но часто злюсь на тебя просто так. Почему мы не можем доверять друг другу? Почему боимся быть обманутыми? Почему мы не можем просто любить друг друга без всяких условий? Получается, что мы не любим, а лишь пытаемся прийти к каким-то компромиссам. Мы то ссоримся, то миримся. Нас связывает что-то внешнее, но это ведь не любовь!

- Да, ты права. Мы называем любовью свое отношение к тому, что дает нам наслаждение. Я пью пиво и ощущаю при этом наслаждение. Это значит, я его люблю. То есть я люблю наслаждение, которое дает мне пиво.

Я одним и тем же словом называю любовь к футболу и к тебе. Я в действительности люблю не тебя, а наслаждение, которое от тебя получаю, как от футбола. Я просто использую тебя. Получается, я люблю только себя. Какой ужас! Давай почаще сбегать от наших змей, - предложил Саша.

- Давай. А может быть, когда-нибудь нам удастся убежать от них навсегда!
- Ты знаешь, когда-то в Райском саду Адам и Ева были одним целым, но их разделил эгоизм, и вместо того, чтобы заботиться друг о друге, они стали думать каждый лишь о себе.

 А настоящая любовь - это наполнение другого человека. Ты начинаешь чувствовать, что желает любимый, и, наполняя его, выражаешь свое отношение к нему. Это называется любовью.

А если ты только получаешь, это называется просто "эгоистическое самоудовлетворение". Я очень хочу стать одним целым с тобой, но этот змей, сидящий во мне, не дает!

Мне кажется, что мы должны строить наши отношения над нашим эгоизмом так, чтобы мы стали друг для друга важнее, чем наши змеи, и тогда они просто исчезнут.

И в этот момент змеи действительно исчезли. Надолго ли?

"Все страдания в нашем мире существуют лишь для того, чтобы раскрыть нам глаза и помочь избавиться от эгоизма, причиняющего нам только зло". Бааль Сулам, "Предисловие к книге "Зоар"

При этом участники совершают некие заранее определенные действия, как правило, необычные, абсурдные, при отсутствии видимой связи между участниками. После этого толпа исчезает так же быстро, как и появилась. Участники флэшмоба договариваются друг с другом, как правило, через интернет. Обычно флэшмобы проводятся без особой цели, а просто для удовольствия", - прочитал Сергей.

За его спиной шумел телевизор. В какой-то момент шум захватил его сознание, плавно превратившись в заставку знакомой телепередачи. Он оттолкнулся ногой от пола, и кресло повернулось на 180 градусов.

- Добрый вечер! Добрый вечер! - как будто произнося скороговорку, поприветствовал ведущий телезрителей и гостей в студии. - Мы начинаем наше шоу "Найди выход из кризиса!" - лучшее телешоу с самым большим бюджетом. И я, его бессменный ведущий, один из немногих телеведущих до сих пор не потерявших работу.

Одет ведущий был довольно странно: кирзовые сапоги, потрепанные джинсы и ватник. По-видимому, дизайнеры передачи именно так визуально представляли себе это абстрактное понятие - "кризис". Студия взорвалась аплодисментами.

- Напомню правила игры, - продолжил ведущий так быстро, как будто его зарплата зависела от количества сказанных в минуту слов. - Как вы уже, наверное, догадались, хи-хи-хи... Я не циник, просто юмор помогает нам переживать сложные ситуации. Да, как вы догадались, в течение года весь мир и наша страна, в частности, находятся в глубоком, если не сказать в глубокой... кризисе: экономика развалилась, безработица, пустые магазины.

Пять наших участников предложат решение мирового кризиса, которое оценит жюри и зрители. Победитель получит миллион рублей. Ему придется сильно потрудится, чтобы найти в магазинах что-то стоящее, хи-хи-хи, но это уже идея для другой передачи. Он также сможет потратить деньги на реализацию своего решения. Итак, мы начинаем! Первый участник - Василий Федорович из Новосибирска. Давайте поприветствуем первого участника. Вам слово, Василий Федорович.

- Я по профессии сантехник. Ну, Вы понимаете, - начал Василий Федорович.
- Нет, не понимаю. А что я должен понимать? Продолжайте, продолжайте, мы Вас слушаем, - быстро проговорил ведущий.
- В том смысле, что кризис нашу отрасль не очень сильно затронул. Сантехника, она и в Африке - сантехника, и в кризис - сантехника.
- Теперь, кажется, понимаю. Ну, ну, - подбодрил ведущий, перелистывая в руках какие-то шпаргалки с лого передачи.

- Но людей все равно жалко. Вот я и думаю, как нашу страну из кризиса вывести. Я считаю, что у нас все есть. И никто нам больше не нужен.
- А где это "все" спрятано? - крикнул кто-то из зала.
- В том то и дело, что мы это все отдаем другим странам. За просто так. Мое решение - это закрыть границы и самим себя обеспечивать.
- Мо-ло-дец! Мо-ло-дец! - скандировала студия.

Кресло Сергея вернулся на исходную позицию и он продолжил читать. "Из истории флэшмоба: Первое подобное действо произошло в Нью-Йорке в июне 2003 года, когда около 150 человек одновременно вошли в мебельный отдел магазина Macy's и попросили "любовный ковер" за 10 тысяч долларов для "пригородной коммуны". После этого "мгновенные толпы" стали появляться в различных уголках мира с завидной регулярностью.

В Манхэттене 250 человек вошли в фешенебельный отель и в течение 15 секунд громко и бесцельно аплодировали. В Нью-Йорке, в крупном магазине игрушек на Таймс-сквер около 300 человек внезапно остановились возле механического динозавра в натуральную величину, подняли руки, объявили его богом, пали на колени и стали молиться. А в немецком Дортмунде флэшмобберы собрались у выставки стиральных машин и начали дружно поедать бананы.

В Берлине около 250 человек собрались рядом с американским посольством на Унтер-ден-Линден, одновременно откупорили бутылки с шампанским и на протяжении трех минут в унисон выпивали "За Наташу!". В Денвере толпа в 400 человек рассредоточилась по нескольким этажам одного из зданий в центре города. "Пинг!" - кричали стоявшие внизу. "Понг!" - отвечали им сверху. При этом участники действа синхронно повторяли движения шарика для настольного тенниса.

В России "умные" толпы появились практически одновременно на железнодорожных вокзалах Москвы и Санкт-Петербурга. Была организована встреча в Москве - Владимира Путина, в Питере - Татьяны Лаврухиной…"

- Переходим ко второму участнику игры. Его зовут Максим, безработный программист из Санкт-Петербурга. Ваши аплодисменты…

На сцену вышел Максим - среднего роста, щупленький молодой человек в очках с толстыми линзами. На его футболке, сохранившейся, по-видимому, со времен трудовой молодости, была начертана вечная фраза: "Windows должен умереть!"
 
- Мое решение, - сразу перешел к делу Максим, - виртуальный флэшмоб. "Кризис" - это процесс восстановления нашего равновесия с Природой, подобия ей. Предыдущему участнику скажу, что глобализация - это раскрытие нового уровня связи между нами. Процесс этот подробно объясняется в каббале.

Как только мы вышли на уровень глобального эгоизма, на нас начала действовать общая сила природы - глобальная взаимосвязь между всеми частями природы, вынуждая стать подобными ей (быть в гармонии, как части одного тела).

Если мы осознаем это требование Природы, то в мере нашего стремления стать гармоничной частью общей системы Природы, мы перестанем ощущать ее отрицательные корректирующие воздействия - экономические проблемы, войны, голод...

- Что делать? Скажите конкретно, что делать? – крикнули из зала.
- Да, - подхватил ведущий. - Скажите, что делать. Миллион мы за красивые речи и глаза не выдаем.
- В том то и дело, что никакие действия не помогут. Для начала, нужно просто осознать то, что мы не соответствуем Природе и отсюда все наши проблемы. А из этого понимания уже придут правильные действия. Поэтому я и назвал свое решение "виртуальным".

Люди всего мира должны собраться вместе, так как они являются одним целым, одним организмом. Собраться в своих мыслях и намерениях увидеть эту целостность. И тогда Природа сразу откликнется на это.
 - Не знаю, не знаю. Слишком это абстрактно. Посмотрим, что скажет жюри, - подытожил ведущий.

Сергей посмотрел на часы. До виртуального флэшмоба оставалось три минуты. В это время к ведущему подошла девушка и что-то прошептала на ухо.
- К сожалению, к нашему большому сожалению, мы не успеем закончить сегодняшнюю передачу. Мне только что сообщили, что через минуту электростанция прекратит свою работу на две недели. Поэтому я прощаюсь с Вами. Но совсем ненадолго. Встретимся через две недели. Ищите решение кризиса! И получайте удовольствие от жизни! А мы поможем Вам в этом!

В этот момент экран телевизора погас. Темнота накрыла комнату. Сергей сидел, затаив дыхание и боясь пошевелится, чтобы не помешать остальным участникам флэшмоба. Чарльзу Терри из Лондона, Сэту Грину из Бостона, Светлане Сергеевой из Тулы, Рене Андре из Марселя, Чжу Чэнь из Пекина, Владасу Зинкявичусу из Таллина, Элине Яскеляйнен из Хельсинки и еще миллионам клеточек этого чудесного, единого организма.

Через несколько минут в комнате зажегся свет и на экране телевизора показался ведущий, уже без ватника, раздающий автографы своим поклонникам...

Да... Вот только... выполняли они, выполняли, да так все и выполнили. Без остатка. И проснувшись в одно далеко не прокрасное утро, наш принц не нашел у себя никакого, даже самого пустякового желания, чтобы начать новый день. Он тщетно искал причину спустить ноги с кровати. Ничего. Как ветром сдуло.

Для более глубокого понимания его проблемы давайте, пожалуйста, вспомним? что мы все время чего-нибудь хотим. Практически непрерывно. Мы хотим жвачку, или мороженое, или мотоцикл, или гол, или стать звездой класса, или завести щенка овчарку, или запустить змея, или поехать в Африку, или побыстрее вырасти, или снова стать маленьким, или..., или..., и так далее, без конца и края.  

Ну, а принц уже осуществил все, на что ему хватило воображения. Повторяться было скучно, а нового ничего в голову не лезло. А главное, он понял: что-то здесь не так. Как будто кто-то без конца шутил с ним одну и ту же злую шутку: в момент получения желаемого желание исчезало бесследно, прихватив с собой и удовольствие. Ну, какой смысл было что-нибудь хотеть? Вот он и перестал.

Это серьезнее, чем кажется - не хотеть вообще ничего. "Зачем?" - отвечал принц тихим голосом, что бы ни предлагали ему встревоженные отец-король, советники, слуги, психологи, и конечно доктора всех видов медицины. И какой бы резон не прозвучал в ответ, он лишь пожимал плечами и устало закрывал глаза. Были опробываны все известные и специально изобретенные развлечения - напрасно! Принц угасал со дня на день.

И вот, когда несчастному королю оставалось лишь молиться о чуде, неожиданно пришло спасение. Какой-то просто одетый старик постучался в ворота замка, требуя немедленного свидания с  принцем. "Я знаю, что это за болезнь, - утверждал он, - и никто кроме меня не сможет вам помочь!"  Он явился словно из ниоткуда, и при других обстоятельствах его просто прогнали бы прочь, но приходилось хвататься за соломинку...

- Чего бы тебе хотелось, мой юный друг? - спросил старик, оставшись наедине с больным.
- Хотелось? - равнодушно откликнулось слабое эхо. - Мне? Ничего.

- Не соглашусь с тобой, - возразил старик. - Будь положение действительно таким, ты бы уже умер. Человек не может пережить свои желания. Другое дело, что все испытанное тобой до сих пор было просто мелочью - слабенькие, ограниченные желания. И могу тебя поздравить - теперь ты вырос из них, как вырос из своих детских игрушек. Пришло время истинных желаний - ты должен обнаружить и осуществить их все.

- Обнаружить? - удивление принца пересилило его вялость. - Где же?
- Да везде. Они, можно сказать, просто толпятся вокруг тебя. Только здесь, во дворце, тебе их не распознать. Вот что: ты должен уйти отсюда. Слышишь меня?  От этого зависит твоя жизнь.
- Уйти? Но куда же?
- Новое желание - искра твоих будущих желаний, выведет тебя на правильный путь.

Не дожидаясь готовых прозвучать возражений, протянул старик руку и дотронулся до груди  юноши, там, где сердце. Наступило молчание, и вдруг...

- Да! Да! - румянец залил щеки принца, и былая живость начала возвращаться к нему  - Это она, искра! Как я мог не чуствовать ее раньше? О, благодарю тебя, благодарю! Это... как точка света вот здесь, внутри, верно? Я... я хочу найти этот свет, тот от которого она зажглась! Прошу тебя, я же вижу, что для тебя нет тайн, научи меня, как достичь этого!

- Научу, и с радостью... когда придешь ко мне.
- К тебе? А где ты живешь?
- Захочешь - найдешь, - улыбнулся стартик, поднимаясь. - До встречи, мой юный друг. И помни - как можно скорее покинь дворец, и все что с ним связано. Я сам объясню королю, он поймет...

   Как послушный ученик, исполнил принц предписание наставника. Еще до наступления темноты собрал он рюкзачек, обнял отца, простился с прежней жизнью, и первый же поезд умчал теперь самого обычного парнишку, сразу заснувшего богатырским сном под перестук колес.

Следующим утром он сошел на незнакомой станции. Ему повезло - он устроился официантом в кафе в центре города. Ни разу прежде не обслуживал он людей, и не зарабатывал денег, но жажда перемен бурлила в нем, и все новое доставляло удовольствие. Модное кафе было полно посетителей, так что принц, сновавший меж столиков, становился невольным свидетелем множества бесед.

"Странно! - размышлял он после своего первого рабочего дня. - А я то думал, что люди только и заняты, что моими делами... Оказывается, они хотят множество разных вещей - и все для себя самих. Мир полон желаниями, как лес грибами после дождя. Отлично! Так я смогу пополнить свой оскудевший запас!"

Впрочем, принц быстро обнаружил, что поторопился в своих надеждах. Да, у людей не было недостатка в желаниях, но что же это были за желания? Большинство из них, а вернее все, сводились к одному: как можно удобнее устроиться в этой жизни.

"Послушайте! - горела его душа крикнуть им, - Я пришел оттуда - из вашего  острова сокровищ.  У меня было столько денег, сколько вы никогда не накопите, власть и слава, которых никогда не добьетесь. Я мог получить любые знания, испытать любое удовольствие в зтом мире. Поверьте мне: там ничего нет!

А вы, не обладая теми возможностями, что были у меня, вы потратите всю свою жизнь на погоню за миражами, и даже если схватите что-нибудь - оно растает у вас в руках. О, подумайте об этом: чем больше вы будете наполнять себя, тем больше будете ощущать пустоту!"

В первый же раз, когда принц попытался действительно объяснить им все это, он потерял свое рабочее место. Угрюмый и подавленный, шагал он по аллее парка, недоумевая: почему они не хотят его слушать?  Как же он сможет помочь им, если сердца их закрыты голосу истины?

И ... кто же поможет ему самому? Время уходит, а он еще не приобрел ни одного истинного желания, чтобы напитать им свою точку света. А вдруг она ослабеет и погаснет? Что с ним тогда будет?

В разгаре этих мрачных размышлений, принц неожиданно наткнулся на другого идущего ему навстречу человека. Человек был около семи лет отроду, с огромным пузатым ранцем на спине. Он казался погруженным в свои мысли.

- Эй, - принц присел на корточки. - Все в порядке? Ты не потерялся часом?
- Сам ты потерялся! - обиделся мальчик. - Вон он - мой дом!
- Ну, извини. А грустный такой почему? Трудный день?
Мальчик пожал плечами.

- Обыкновенный. Еще один день в школе...
- Вот как... Не любишь учиться, а?
- Знаешь... - вздохнул мальчик. - Я бы любил. Только... учителя... они все время отвечают на вопросы, которые я не задавал, а не на мой, один-единственный вопрос. И еще... они говорят что этот вопрос неправильный.

- А что это за вопрос?
- Для чего живут, если потом все равно умирают?
- Да... - тихо ответил принц, помолчав. - Это действительно хороший вопрос. Я тоже не знаю. Но ты не отчаивайся. Самое главное: храни свой вопрос изо всех сил, слышишь? Что бы не случилось, не отпускай его от себя! Я обещаю, что добуду тебе ответ. Дай мне только найти моего учителя...

- Вот повезло! - вздохнул с облегчением принц, после того как они расстались. - Значит, все правильно! Даже если этот мальчик - чудный мальчик! - единственный, кто задает этот вопрос (а я уверен, что нет!), то все равно есть надежда!

И он пошел вперед, улыбаясь, чуствуя как светлячок в его сердце растет и теплеет, и освещает ему путь. Вот так в этот омытый солнцем полдень парковая аллея превратилась в начало дороги принца к свету. Это была долгая дорога, полная приключений, и каждое из них - сюжет для новой сказки, которую я, или ты, дорогой читатель, или кто нибудь другой, обязательно напишем.  

Пока же открою только, что поменял принц много профессий и городов, и познакомился с множеством людей. И  были среди них такие, что стали его близкими друзьями - люди не боящиеся задавать трудные вопросы, люди не согласные довольствоваться малым, люди со светящейся точкой в сердце.

Вместе поборов все трудности и опасности, нашли они, в конце концов, Учителя - того самого, что спас когда-то принцу жизнь. Вместе они учились у него и с ним, овладевая вечной мудростью правды и света.

Принц не забыл обещания, данного мальчику, и не только вернулся с ответом на его вопрос, но и основал в его городе школу. Там он учил детей, рассказывая, для чего живет человек. Принц учил их познавать и использовать во благо этот бесценный дар - наши желания, развивать и соединять вместе точки света. А атестат зрелости получал тот, кто сам становился всемогущим принцем, способным исполнять истинные желания других людей - что является верным и единственным залогом неиссякаемого счастья.

Я смотрю на этот ковер листьев-желаний под своими ногами. Я помню их практически все. Помню, какие силы я прилагал, чтобы достичь их исполнения, и какую пустоту ощущал после достижения. А когда на месте оголенных веток вырастали новые листья-желания, они, молодо и радостно шелестя, манили меня за собой - к новым вершинам, новым целям и… новой пустоте.

И вот моя жизнь раскинулась передо мной разноцветным ковром желаний - хороших и не очень, таких, которыми я гордился, и таких, за которые мне было очень стыдно. О некоторых я готов рассказать всем, а в других - не признаюсь никому. Их было много, но все они умерли, как опавшие листья…

Однажды, устав от внутренней пустоты, я пришел сюда, в этот парк и, вдыхая аромат опавшей листвы, подумал: вот она, моя жизнь, - ковер, сотканный из аромата иллюзий и ушедших в прошлое желаний.

Но почему так происходит? Почему я чувствую в себе это постоянное появление новых целей-желаний? Что является тем фактором, который способствует их смене во мне? И не это ли непрерывное обновление желаний дает мне ощущение жизни?

Интересно, а что будет, если это обновление вдруг прекратится? Возможно, тогда наступит то, что называют "смертью". Но как сделать так, чтобы этого не произошло? Как собрать все эти листья-желания вместе и зажечь из них большой костер - вечной жизни, вечной цели и вечной любви?

Как прийти к этому совершенному состоянию, о котором говорят каббалисты, и в котором не существует пространства и времени, нет конца жизни - нет смерти? Состоянию, в котором  прошлое, настоящее и будущее слиты воедино - ведь лишь смена моих желаний дает мне ощущение времени… Состоянию, в котором я, наконец, пойму, зачем мне  были даны все эти желания, жизненные передряги, сомнения, страхи.

Тогда я, наконец, пойму, в чем мое предназначение и в чем смысл происходящего со мной.

И вот пришла очередная осень - осень на улице и осень внутри меня. Осень - время раздумий и подведения итогов. Итогов жизни, которая прожита или сыграна в угоду кому-то.

Однажды ночью я проснулся и, ощутив какую-то тревогу, подумал сначала, что причиной этому дождь, шумящий за окном. Но, прислушавшись к себе, я понял, что причина тревоги скрыта внутри меня. Ощутив внутреннюю пустоту, я осознал вдруг острую необходимость четко ответить себе, для чего я живу.

Этот вопрос причинял мне боль, мое сознание металось в поисках ответа, но тщетно. Я очень надеялся, что вместе с этой ненастной осенней ночью пройдет и мое тревожное состояние. Но нет, пришедшее утро ничего не изменило: вопрос, как непрошеный гость, поселился внутри меня.

Я пытался продолжать жить как все, но у меня почему-то не получалось. Пытался интересоваться всеми теми вещами, которые меня занимали раньше... Но чувствовал лишь пустоту, ничтожность окружающего мира и себя в нем.

Так продолжалось довольно долго, пока... в один из дней, включив телевизор и переключая от скуки программы, я вдруг услышал: " …и если человек чувствует в себе вопрос: "Для чего я живу? Что дает мне эта жизнь, полная страданий?", - это значит, что в нем проснулась маленькая точка - его душа - желание познать Первопричину.

И если не отмахивается человек от этого вопроса, а продолжает поиск, то он непременно найдет ответ и обязательно откроет для себя мир, которого раньше не ощущал, но который тоже находился в нем. Ведь, как говорится в книге "Зоар", все миры созданы для человека и все миры находятся внутри него".

В экране одного черно-белого монитора жил-был пиксель. Те, кто не знает такого, спросите своих детей! Продолжаем. Он был такой маленький, что условимся называть его ласково: Пиль. Вот и хорошо. Поскольку монитор был черно-белый, Пиль и себя, и всех пикселей вокруг видел исключительно черно-белыми. И они ему такими не нравились! Но чужая душа - потемки. Это Пиль знал, как таблицу умножения. Всю жизнь прожив в своем ограниченном черно-белом мирке, он просто не представлял, как может быть иначе и  продолжал по привычке делить все окружающее на белое и черное.

Но иногда он слышал, как вокруг говорили о каких-то странных цветах: красном, зеленом, синем... И Пиль ловил себя на том, что не хотел слышать эти непонятные слова. Тогда он начинал громко кричать на других, те в ответ орали на него, и все вокруг снова становилось черно-белым - родным и привычным. Тогда Пиль временно испытывал удовлетворение. Временно, потому что чувствовал, что в мониторе происходит нечто непонятное, но что?

Сжавшись в тугой комок, он пытался спрятаться, не желая никого пускать в свою частную жизнь. Нет мест! Так же поступали и другие пиксели, и Пиль даже радовался этому. Но однажды, после очередного особенно сильного ора, что-то вдруг встрепенулось в уголке его души  и спросило: "Слушай, старик, а почему ты кричишь, ненавидишь, злишься? Ты что, прав? Как знать, как знать..."

Это неожиданное появление до сих пор незнакомого ему внутреннего голоса, разозлило Пиля еще больше. "Чего лезешь со своим... Сам знаю!" - закричал он, но, скорее, по привычке, потому что все же понимал, что ничего не знает.

Решение пришло неожиданно: он должен понять устройство его мироздания - монитора, где живет! Должен и все! Но как? Все было смутно и противно. Четкие и ясные понятия, правила его жизни, утратили свой исконный смысл. Он потерялся! Напряжение, охватившее его, заставило все тело одеревенеть, замерев в неподвижности. И Пиль заснул.

Ему приснилось, что он в глубоком-глубоком детстве. В том самом времени, когда его создавали цветной точкой. И не только его! Он увидел своих друзей-пикселей, сидящих с ним за одним... назовем это столом. Пиль четко знал, что они прекрасны!

"До чего же нам хорошо вместе!" - подумал Пиль. Его наполнило огромное наслаждение! Он ощущал себя таким же красивым и добрым. И он вдруг понял, что если соединиться с другими точками, то получится цвет. На душе у него стало так радостно, будто ее озарил невидимый свет. И Пиль словно прозрел! Ведь это так легко и приятно - ощущать себя в цвете и видеть мир цветным и совершенным!

Где-то глубоко внутри он понял и принял свою цветную природу в окружении теплого и доброго мира... И охватившее ощущение счастья размягчило его, растворяя зажимы, расслабляя душу, наполняя ее самыми радужными ощущениями.

Проснувшись, Пиль не сразу понял, что происходит. Его не покидало ощущение уюта и спокойствия, заполненности и завершенности. И он сказал себе: "Случилось что-то невероятно замечательное!" Он увидел, что множество его товарищей так же, как и он, желают жить в цвете. И Пиль знал, что делать!

"Друзья! - обратился он к товарищам. - Надо искоренить то жуткое безобразие, что поселилось в наших душах... Мы все хотим увидеть цветной мир. Но каждый в отдельности видит его только черно-белым. Это потому, что мы разобщены и равнодушны друг к другу".

Пиль остановился и всмотрелся в блестящие от радости глаза товарищей.
 "Судьба определила нам жить вместе внутри экрана и нам нужно научиться чувствовать и любить друг друга. Преломляясь в таком соединении, проходящий сквозь нас белый свет и создаст цветную картину - совершенно другой мир!"

Пиль вдруг ощутил в себе такое желание света... В этот миг всех пикселей и себя он увидел во всех красках. Как тогда, во сне. Его это очень удивило, но где-то в сокровенной глубине души знал: "Все теперь будет хорошо". И Пиля наполнила чарующая легкость, радость...

Человек не может исправить то, чего в нем нет. Ему кажется, что он в состоянии исправить мир, но мир в этом не нуждается. Не зная Закона природы, силы, управляющей миром, не понимая, как действовать и в каком направлении, человек никогда не решит проблемы мира. Попытки не приведут его к добру, и он будет страдать от собственной беспомощности и отчаяния, пока не осознает, что прежде необходимо усвоить закон. (Из каббалистических источников)